-- О нѣтъ!-- добродушно отвѣчалъ онъ.-- Были дѣла, да маленькія, не захватывали они всего меня и я легко ихъ бросалъ; были и женщины...
-- Да также маленькія?-- улыбаясь лицомъ и глазами, подсказала Мытищева.
-- Да! тоже не захватывали всего, -- смѣясь подтвердилъ Камышлинцевъ.
Въ это время подошла Барсукова съ двумя великолѣпными пучками розъ.
-- Спасибо, дружокъ!-- сказала Мытищева, взявъ одинъ и припадая къ нему лицомъ.-- А знаете, какое несчастіе съ Дмитріемъ Петровичемъ? Для него нѣтъ ни одного дѣла по душѣ и ни одной женщины по сердцу.
-- Нѣтъ, не такъ: вы не измѣняйте моихъ словъ!-- возразилъ Камышлинцевъ.-- Я сказалъ, что считалъ бы счастіемъ, еслибы нашелъ дѣло по душѣ, которому бы весь могъ предаться, и женщину по душѣ, которая бы мнѣ свободно отдалась. У всякого свои понятія о счастіи.
-- Да, но результатъ все тотъ же! ему попадались -- продолжала передавать Мытищева Барсуковой -- все и дѣла маленькія, и женщины маленькія.
-- И любовь была маленькая?-- спросила Барсукова.
-- Разумѣется, и любовь была маленькая, -- отвѣчалъ Камышлинцевъ.-- Да впрочемъ это бы не бѣда; по моему, чѣмъ меньше любви, тѣмъ лучше: вѣдь любовь какъ влеченіе -- это естественное чувство, но любовь какъ страсть -- это болѣзнь, затемнѣніе разсудка чувственностью, -- ненормальное состояніе человѣка. Для прочнаго счастія не она нужна: нужна глубокая привязанность, которая родится отъ многихъ причинъ -- отъ уваженія, сочувствія и наконецъ отъ склонности, т. е. немножко того, что мы называемъ любовью, -- вотъ этого-то и не было.
-- Тутъ, я думаю, не виноваты ни дѣла, ни женщины, что вы не находили ихъ по себѣ. Мы все-таки пришли къ тому, что или вы слишкомъ разборчивы, или въ васъ самихъ нѣтъ достаточно -- какъ бы это сказать -- способности отдаться чему-нибудь, отдаться совсѣмъ: нѣтъ смѣлости броситься головой внизъ, потому что смѣлость, говорятъ, города беретъ... вы, я думаю, слишкомъ разсудительны для этого, -- замѣтила Мытищева.