-- Еще здравствуйте!-- сказалъ онъ, подходя и снимая шапку.-- Гораздо ли живешь, Илья Игнатьичъ?-- продолжалъ онъ, подавая Еремѣеву руку.-- Что нынче спѣсивъ сталъ -- не заѣхалъ?
-- Да не одинъ вотъ ѣду, съ гостями!-- отвѣчалъ тотъ.
-- А кто они будутъ?-- сказалъ старикъ, указывая на Камышлинцева.
Еремѣевъ назвалъ сосѣда помѣщика и его товарища.
-- Нешто!-- подтвердительно сказалъ старикъ:-- ну что жъ, всѣмъ бы мѣстечко было, -- прибавилъ онъ.
-- Да курятъ они больно, такъ, пожалуй, тебѣ бы не понравилось,-- замѣтилъ Еремѣевъ.
-- Э, ничего! нынче ужь и наши парни этой дрянью заниматься стали.
Онъ подсѣлъ бъ нимъ и начались разговоры про житье.
-- Ну, а что, про насъ не слышно, когда освободятъ?-- спросилъ старикъ.
-- Да васъ отъ кого же освободить-то, кто у васъ помѣщикъ?-- спросилъ Камышлинцевъ.