Благомысловъ опять усмѣхнулся съ снисходительнымъ превосходствомъ.
-- Не много будетъ толку, если всѣ меньшую-то братью только по губамъ будутъ мазать!-- сказалъ онъ.
-- Ну, я думаю, онъ многимъ кое-что и побольше сдѣлалъ,-- замѣтила Анюта.
Они прошли нѣсколько времени молча. Благомысловъ въ душѣ сердился; сердился и на себя, и на Анюту, и на Камышлинцева, за то, что разговоръ противъ его желанія какъ-то вышелъ совсѣмъ не на ту дорогу, на которую онъ хотѣлъ его вывести, и нѣкоторымъ образомъ заставилъ Анюту стать на сторону Камышлинцева. Не умѣя владѣть собою и нисколько не обладая ловкостью лавированія, или даже просто мягкостью обращенія,-- да Благомысловъ и не желалъ этихъ свойствъ, а напротивъ, считалъ ихъ вредными и затемняющими дѣло,-- Благомысловъ вдругъ круто повернулъ разговоръ.
-- А ну его, Камышлинцева, и его образъ дѣйствій!-- сказалъ онъ.-- Меня вовсе не то занимаетъ и не о томъ хотѣлъ я съ вами говорить. Мнѣ досадна примиримость и нерѣшительность, съ которой вы начинаете смотрѣть на вещи. Вотъ, передъ вами въ глазахъ люди живутъ раціонально. Любятъ, какъ любится, женятся безъ всякихъ обрядовъ, а впрочемъ и то еще глупы,-- замѣтилъ онъ, -- не знаю, зачѣмъ и женятся! Ну да какъ бы то ни было, все-таки гораздо раціональнѣе нашего, такъ-называемаго свѣта и вообще массы! Вѣдь выработали же они себѣ такое положеніе. Вѣдь, чтобы дойти до него, сколько дѣвокъ было избито до полусмерти, сколько у нихъ косъ обрѣзано, сколько въ хомутахъ по улицамъ вожено! А мы смотримъ на это равнодушно, намъ палецъ объ палецъ лѣнь ударить, чтобы измѣнить наши порядки. Если у насъ какой-нибудь Мытищевъ, чтобы жену не оконфузить, принялъ на себя роль рогоносца, такъ мы его чуть не въ герои ставимъ. А я бы за такую пустую бабенку, какъ эта Мытищева, кусочкомъ ногтя отъ мизинца не пожертвовалъ... да и выборъ вашего-то героя!-- сказалъ съ усмѣшкой Благомысловъ.-- И всѣ-то у насъ таковы, и все это намъ не противно! Давно сказано, а правда, что
"И ненавидимъ мы, и любимъ мы случайно,
Ничѣмъ не жертвуя ни злобѣ, ни любви"...
Анютѣ стало досадно на него.
-- Ну, нѣтъ!-- сказала Анюта -- мы видимъ, что и жертвуютъ...
-- Какъ же! особенно въ любовныхъ-то отношеніяхъ! У насъ коль кто изъ вашей братьи и полюбитъ, такъ и тогда признанье-то зубами надо вытащить. А ужъ если коими судьбами иная отдается, да не женятся на ней, такъ послѣ всю жизнь на весь свѣтъ реветъ, что ее обманули, какъ малаго ребенка.