-- Это все равно.-- отвѣчала Анюта.-- У насъ съ Дмитріемъ Петровичемъ секретовъ нѣтъ. Садитесь,-- и она указала ему стулъ возлѣ себя.
-- Да и къ тому же я долженъ оставить Анну Ивановну,-- сказалъ Камышлинцевъ, вставая.-- Онъ желалъ дать ей случай переговорить наединѣ съ Благомысловымъ,
-- Нѣтъ, зачѣмъ-же, -- сказалъ Благомысловъ,-- я не помѣшаю. Я на минутку только -- проститься. Прощайте!-- сказалъ онъ, протягивая руку Анютѣ.
Въ смущенномъ и опущенномъ взглядѣ, въ краскѣ и выраженіи лица, болѣе чѣмъ въ словахъ видны были чувства, волновавшія Благомыслова. Онъ ревновалъ Анюту и подозрѣвалъ прерванное свиданіе. И Анюта, и Камышлинцевъ оба ясно поняли это.
-- Я заѣзжалъ къ Аннѣ Ивановнѣ,-- сказалъ Камышлинцевъ съ нѣкоторымъ оттѣнкомъ оскорбленной невинности, снисходящей до оправданія (она обыкновенно заключается въ басовыхъ и горловыхъ звукахъ голоса),-- чтобъ сказать ей о вашихъ намѣреніяхъ. Я надѣюсь, что вы болѣе послушаетесь ея, чѣмъ меня.-- Высказавъ это, Камышлинцевъ, не спѣшилъ уйти, такъ какъ секретъ былъ уже открытъ.
-- Что за заботы!-- съ усмѣшкой сказалъ Благомысловъ.-- Не все ли равно, уйду я, или нѣтъ, и что со мной станется! Кому и для чего я здѣсь нуженъ?-- прибавилъ онъ, пожавъ плечами.
-- Что же вы думаете, что намъ все равно, что бы съ вами ни сталось?-- горячо спросила Анюта, глядя ему въ глаза.-- Вы это по себѣ, что ли судите?
-- Я полагаю, -- хмуро, хотя нѣсколько осѣвшись, сказалъ Благомысловъ, -- что надо дѣло дѣлать, а о себѣ думать нечего, особенно такимъ счастливымъ господамъ, какъ я,-- добавилъ онъ.
-- Да въ томъ-то и вопросъ,-- сказалъ Камышлинцевъ,-- такъ ли вы дѣло-то понимаете? Будетъ ли прокъ въ этомъ дѣлѣ? Можно не думать о себѣ, когда увѣренъ, что несомнѣнно принесешь пользу, что по вѣрной дорогѣ идешь.
-- Ну, я въ этомъ не сомнѣваюсь, -- твердо сказалъ Благомысловъ.-- Конечно, пріятнѣе и безопаснѣе здѣсь заниматься протестами противъ Енебелей да бесѣдовать съ такими прекрасными дѣвицами, -- онъ съ усмѣшкой взглянулъ на Анюту,-- но это не наше дѣло; да меня, слава Богу, ничего и не держитъ здѣсь, прощайте!-- онъ протянулъ руку Анютѣ и крѣпко пожалъ ее.