-- Ну такъ видите! чего же еще? я знаю, извѣстное возраженіе: мы не умѣемъ дѣлать! или только беремся горячо, да не надолго!
-- Это дѣйствительно: со стойки лошадь горячо принимается и не долго выноситъ,-- да суть-то не въ томъ.
-- Ну такъ въ чемъ же? разрѣшитесь!-- теряя терпѣнье, спрашивалъ Камышлинцевъ.
-- Да дѣло въ томъ, что либо вы не захотите, либо васъ не захотятъ!
-- Какъ такъ?
-- Да такъ! Вѣдь дѣятельность есть? отчего вы не служите?
-- Помилуйте, я три службы перемѣнилъ: былъ въ военной, былъ въ статской, былъ въ ополченіи!
-- Да отчего же нигдѣ не ужились?
-- Отчего? оттого что дѣло было не по мнѣ. А когда дѣло будетъ по мнѣ...
-- Тогда васъ не захотятъ, или сдѣлаютъ его не по васъ, -- перебилъ Еремѣевъ и, какъ будто довольный этимъ, подлилъ себѣ рому въ чай.