-- Англія не выдаетъ политическихъ преступниковъ,-- отвѣчалъ Камышлинцевъ.
-- Такъ господинъ Герцынъ и пишетъ тамъ, что хочетъ?-- спросилъ политикъ съ недоумѣніемъ.
-- И пишетъ!-- отвѣчалъ Камышлинцевъ и разсказалъ имъ нѣсколько анекдотовъ, вычитанныхъ имъ заграницей въ "Колоколѣ".
Слушатели безмолвствовали, какъ народъ въ "Борисѣ Годуновѣ".
-- Какъ же это позволяютъ? это чортъ знаетъ что!-- воскликнули многіе.
-- А умная должна быть шельма этотъ Герцынъ!-- замѣтилъ наконецъ одинъ.
-- Вы съ нимъ незнакомы?-- спросилъ онъ вполголоса.
-- Нѣтъ, я въ Англіи не былъ, -- отвѣчалъ Камышлинцевъ.
Въ это время вошелъ Нобелькнебель младшій.
-- Вы говорите, кажется, о Герценѣ, -- спросилъ онъ, услыхавъ конецъ разговора.