-- Но отчего онъ такъ непріятно и пристально смотритъ?
-- Очень-просто: онъ въ васъ влюбленъ.
-- Какой вздоръ!
-- Отчего же вздоръ?
-- Зачѣмъ предполагать у него такой дурной вкусъ...
-- Какъ у меня, тихо прибавилъ Чолоковъ, смѣясь, и слегка прижалъ локоть руки, на которомъ довѣрчиво лежала рука его дамы.
Ольга не отвѣчала, но румянецъ ярче заигралъ на ея развеселившемся личикѣ.
Больные и прогуливающіеся стали возвращаться къ квартирамъ: пара наша зашла за снисходительной Матреной Тихоновной, и всѣ пошли обратно.
Весело разговаривая, они лѣниво спускались и поднимались по волнующейся аллеѣ, какъ вдругъ на поворотѣ имъ попался запыхавшійся и торопливо-поднимающійся въ гору князь Мухрубакаевъ. Волосы у него пристали ко лбу, лицо, и безъ того довольно-красное, раскраснѣлось еще болѣе; онъ усталъ и задыхался.
-- Князь! куда это вы? спросилъ Чолоковъ.