-- Нѣтъ! я все знаю: вы не скрывайтесь отъ меня, я все знаю; вы съ нимъ видѣлись сейчасъ, но онъ обманываетъ васъ, онъ такъ только... онъ васъ за князя отдать хочетъ, а самъ такъ только...
-- Оставьте... оставьте меня! говорила Ольга испуганнымъ голосомъ и почти побѣжала.
-- Нѣтъ, коль на то пошло, я васъ не оставлю, на зло вамъ не оставлю; я знаю, вы его любите; вы видѣлись съ нимъ, а онъ васъ не любитъ; душу мою отдаю, онъ васъ не любитъ...
-- Оставьте меня, насъ увидятъ, говорила трепещущая, задыхающаяся Ольга, идя сколько доставало силъ скоро.
-- А пусть увидятъ, громко и рѣшительно сказалъ Сушкинъ: -- а пусть увидятъ, я не таюсь! Я не вызываю на свиданье, не выдаю васъ замужъ, не говорю вамъ одно, а другимъ другое. Я всему свѣту скажу, что лю6лео васъ, люблю тебя, Ольга! воскликнулъ восторженно Сушкинъ.
Ольга вдругъ остановилась.
-- Чего жь вы хотите отъ меня? Чего вы хотите? спросила Ольга, блѣдная какъ мраморъ, гнѣвная и вся взволновавшаяся.
Сушкинъ, взглянувъ на Ольгу, смутился, онѣмѣлъ и сталъ какъ робкій школьникъ, забывшій урокъ, передъ учителемъ.
-- Я... я ничего, я только хотѣлъ сказать вамъ... выдержать не могъ, Ольга Семеновна...
-- Зачѣмъ же вы меня преслѣдуете? Вы хотите окомпрометировать меня, хотите разсказать... говорите, ступайте, продолжала Ольга, вспыхнувъ отъ гнѣва.