-- Так поджечь бы ему чуточку пятки, -- предложил со своей стороны Балцер Зидек, -- радикальное средство, испытанное с большим успехом инквизицией. И если бы пан гетман мне дозволил...
-- Покамест об этом не может быть и речи, -- прервал пан Тарло, -- надо ему еще очувствоваться.
-- Гм, -- промычал Мнишек, -- так он, значит, без памяти?
-- Да. Слабосильная натура!
-- Или же рука у вас, пане, не в меру тяжелая. Что же нам теперь делать? Вы поймите, князь, что в избежание всяких кривотолков, впредь до разъяснения этого темного дела, неудобно оставить вас на свободе; до поры до времени вам придется посидеть также под арестом.
Курбский молча поклонился.
-- Под домашним, конечно, -- добавил от себя Димитрий, избегая, однако, взглянуть на своего друга. -- Я за тебя, Михайло Андреич, ручаюсь перед паном гетманом.
-- И на том спасибо, государь! -- не без горечи поблагодарил Курбский. -- Мне можно, стало быть, идти?