-- Весь образованный класс ходит теперь в таком же платье.
-- Что я сплю еще, или ум у меня мешается?
-- Ни то, ни другое, друг мой. Ты только пролежал довольно долго в земле.
-- До тридцати лет?
-- Несравненно долее.
-- Неужели сто лет?
-- Слишком восемнадцать столетий.
-- О, Лютеция! -- вырвалось из уст помпейца, и глаза его подернулись слезою. -- Стало быть, её не только нет уже в живых, но пепел её развеяло на все четыре стороны...
Он погрузился в глубокую задумчивость. Скарамуцциа счел за лучшее не прерывать его грустных размышлений, чтобы дать ему оправиться и привыкнуть к действительности.
-- Ты нашел меня в моей помпейской усыпальнице? -- вдруг очнувшись, спросил помпеец.