-- Да, не пей этой дряни, -- подтвердил Баланцони: -- я угощу тебя сейчас таким нектаром, которого ты еще в жизни не пивал.
И в бокалах запенился игристый напиток Шампаньи. Баланцони чокнулся с Марком-Июнием.
-- Да здравствует искусство!
Тот с энтузиазмом поддержал тост и одним духом осушил бокал.
-- И то ведь нектар, клянусь Гебой! -- вскричал он и с такой силой хватил кулаком по столу, что стаканы и бокалы запрыгали и зазвенели:
-- "Nunc est bibendum! nunc pede libero Pulsanda tellus"...[ Начало Горациевой оды "К друзьям", переведенное Фетом так: "Теперь давайте пить и вольною пятою -- о землю ударять"... ]
Помпеец, очевидно, совсем захмелел. Давно уже сделался он центром всеобщего внимания обедавших в ресторане. Когда же он затянул свою застольную песню, кто-то крикнул:
-- Браво!
Несколько голосов со смехом тотчас подхватило этот крик:
-- Браво! брависсимо! Dacapo!