-- Так и так: уходите себе подобру-поздорову на свой Дон. Морские же струги ваши да те пушки, что побрали раньше на Волге да в Яике-городке, отдайте нам, а служилых людей, коих сманили оттоле ж, отпустите на все четыре стороны, равно и купеческого сына Сехамбета с прочими пленниками.
Стенька же, возвысясь превыше других равных ему человеческих тварей, возмыслил о себе до безмерности. Прочитал он грамоту да и говорит Скрипицыну:
-- Ладно, порассудим. Ответ от нас, скажи своим воеводам, будет.
-- Да вот который уже день ждем от него ответа, а ответа все нет как нет. Да и не будет! -- с горечью заключил Львов.
-- А я так уповаю, что будет, -- сказал невозмутимый в своем благодушии Прозоровский, -- большой он хитроумец, не спорю, никому не предугадать, что у него еще на уме. Да много ведь и их братии в бою полегло, того больше, пожалуй, перемерло от всяких болезней в стужу и в ненастье на бурном море. Самим им, чай, в охоту отдохнуть наконец у себя на родине, а там, даст Бог, заживут еще мирно и ладно, как добрые христиане... Да вот, смотри-ка, смотри, не от них ли полномочные сюда к нам плывут?
И точно, приблизившийся к стоявшему в отдалении сторожевому судну небольшой казачий струг, известившись там, видно, о местонахождении обоих воевод, направился теперь прямо к кораблю "Орлу". Немного погодя на палубе перед воеводами стояли два молодца-казака с бронзовыми от загара, обветрившимися лицами и со смелым до наглости взглядом. О перенесенных ими всяких невзгодах свидетельствовали их сильно потертые чекмени (казачьи кафтаны) и поношенные шапки, но чекмени были из дорогого сукна и обшиты золотым позументом, а заломленные набекрень шапки были унизаны кругом самоцветными каменьями.
-- Добро пожаловать, братцы, -- приветствовал казаков Прозоровский. -- От атамана своего, знать, с доброй вестью?
-- Так точно, батюшка-воевода, от славного атамана нашего Степана Тимофеича, -- отвечал казак постарше, слегка приподнимая на голове шапку и встряхивая кудрями. -- Изволила твоя милость прислать нам с полномочным пропускную царскую грамоту. Так вот мы, таковые же полномочные, против той грамоты тебе от всего нашего казацкого войска челом бьем.
При этих словах своего товарища и второй полномочный немного приподнял свою шапку, иллюстрируя тем челобитье всего казацкого войска.
-- Так что же вы, не прекословя, подчиняетесь всем поставленным от нас условиям?