- Показать? Отчего не показать. Но не воображайте, что вы сохранили на него какие-либо права. Идите за мною.
С горделивой осанкой направился он через анфиладу комнат к детской. Послушно, как овца на веревке, последовала за ним отверженная супруга. С невыразимой грустью окидывали ее взоры эти комнаты: когда-то она была полновластною в них царицей... Эта мебель... А! Да ведь мебель - ее собственность?
- Monsieur!
Муж остановился.
- Plait-il, madame [ зачем вы пришли, мадам ]?
- Ведь мебель эта - моя?
- Вы забыли, что оставили ее сыну.
- Правда! - печально потупилась она.
Кормилицы не оказалось в детской. Сынок разрозненной четы покоился в колясочке. Положив на уста, в знак молчания, палец, Куницын пригласил жену глазами заглянуть в коляску. Во взорах юной матери вспыхнула яркая искра: на кружевной подушке почивал перед нею, со сложенными на груди ручками, полненький, свежий младенец.
- Как он вырос, да и какой беленький! Совсем не такой пунцовый, как прежде, - восхищалась Моничка, бессознательно опускаясь на колени перед коляской и крепко целуя малютку.