-- Задержало меня, впрочем, и нечто другое, -- продолжал Грызун. -- Я, извольте видеть, повстречался с атаманом скотоводов. Он был так любезен, что пригласил меня взглянуть в их коровье царство, и я не счел возможным отказаться.
-- Слушайте, слушайте! -- раздалось опять с разных сторон.
-- Любезные сограждане, буду говорить откровенно. Хотя между муравьями племя скотоводов и считается вообще не ниже нашего, земледельческого, но в душе каждый из пас, конечно, считает себя выше их. И точно, о земледелии они и понятия не имеют. Зато молочное хозяйство у них доведено до такого совершенства, что поспорит даже с нашим земледелием. Да, скажу по совести, меня зависть взяла! "Да что же у них может быть такое?" -- спросите вы. -- А вот что. Каждый из вас ведь тоже не прочь в жаркую пору прохладиться молочком: подвернется корова -- ну, как упустить, не подоивши? А там у них, вообразите, не только содержится постоянный домашний скот, а заведены даже особые питомники телят! И взращиваются у них эти телята всех цветов радуги и самых изящных форм. "Да что проку в этом?" -- скажете вы. Прок огромный! С формой и цветом скотины меняется и вкус цолока, и какого ни отведаете -- пальчики оближете! А есть и такое, под названием "маковая росинка", что от одной капли охмелеешь, повеселеешь и всякое горе забудешь, и весь свет обнять готов.* Но это не все: муравьиная детвора у них ничем иным не кормится, как парным молоком. И посмотрели бы вы, какие все пузыри! А о детских болезнях у них, говорят, и слыхом не слыхать. Так вот что значит образцовое скотоводство!.. Любезные сограждане, хорошее перенимать никогда не поздно. Век живи, век учись. Не послать ли нам кого из нашей молодежи в науку к скотоводам?
Речь молодого атамана произвела глубокое впечатление. Вся громадная вечевая зала разом зашумела, загудела, как вскипевший над огнем котел. Напрасно почтенная мать-муравьиха возвышала голос, чтобы восстановить тишину. У нее, бедной, была одышка, и тонкий голосок ее совершенно затерялся в общем гомоне.
Тут сквозь передние ряды черни протискался вперед невысокий, но дюжий чернокожий.
-- Прошу слова, атаман!
Грызун приподнял его за усы и усадил к себе на плечи. Оттуда чернокожий оратор окинул всю аудиторию быстрым взглядом и заговорил:
-- Дорогие сограждане! Все мы здесь -- и черные, и рыжие, -- разумеется, с самым лживым участием выслушали любопытный рассказ нашего уважаемого атамана-богатыря о путешествии его в коровье царство. Все мы одинаково сочувственно отнеслись к его мысли -- завести и у нас правильное молочное хозяйство. Но... едва ли я ошибусь, если скажу, что последнее его предложение -- идти в науку к скотоводам -- не нашло того же сочувствия.
-- Верно; слушайте! -- раздались отовсюду поощрительные возгласы.
-- Ведь это, другими словами, чтобы мы, земледельцы, ходили на задних лапках перед кем? -- перед муравьями, не знающими и азбуки полеводства, перед какими-то скотоводами! А ну как, в довершение позора, они ушлют нас еще с длинным носом? Тогда война неизбежна. Так не проще ли начать прямо с этого -- с войны? Угнать у них весь скот -- и дело в шляпе. Кто за войну -- вверх усы!