Швейцар стоял, молча. Улыбался в усы.
-- Эй, серьезно говорю вам: мы ждем!
-- Ну, чего там дурака валяешь, -- шепнул Гучкову искривленный октябрист. -- Дума здесь, что ли?!
-- Швейцар! -- властно сказал Гучков. -- Мы ж-д-е-м!
Швейцар вынул газетку, сел на стул и погрузился в чтение. Прошло минут десять.
-- Швейцар, -- устало, печально сказал Гучков. -- Мы ждем... Ведь, вы же видите...
Было тихо. Шелестела только газета.
Искривленный октябрист сел на землю и покорно опустил голову. Гучков стоял.
Шелестела газета. Моросил дождь... Где-то визжал и плакал граммофон.
-- Швейцар!! -- с последним взрывом горя и отчаяния, болезненно закричал Гучков. -- Вы разве не видите -- мы ждем! Молчите? Хорошо же...