Талдыкин. "Живой труп". А вот и вино, кажется... (Напевает на мотив из "Гейши"). Живой труп-труп-труп, та-да-ра-да-рам... Кит-кит-кит-китай превосходный край...
Выходит Ольга Григорьевна с подносом, на котором бутылка шампанского, бокалы, за ней Зоя.
Ольга. Что это у вас за торжество?
Талдыкин. Дельце одно с Казанцевым склеили... Проволоку обрезали? Так. Холодное? Ого! Ничего. (Разливает вино в бокалы.) Доктор, пожалуйста! Глыбович! Зоя, а ты ж чего? (Раздает бокалы с вином). Итак, господа, ура-а!.. За успех дела с Казанцевым! (Чокается.)
Усиков. Ну, дай Бог, чтобы все хорошо было.
Талдыкин. Надеюсь! Это будет, кажется, первое дело, которое мне удастся.
Глыбович. Господа! В качестве представителя нашего общества, я поднимаю свой бокал за здоровье Казанцева. И это не фраза, что я желаю ему здоровья, хе-хе! Дай ему Бог.
Талдыкин (в сторону). Вот дурень-то! Так тебе Бог и пошлет.
Зоя. Не знаю, в чем там ваши эти путанные дела, но за успех этого дела пью. Дядя, Казанцев твой мне понравился. А, кстати, где же он? Неужели ушел?
Талдыкин. Черт возьми! А ведь и правда? Мы о нем действительно забыли!.. Вон он сидит, в кресле. Иван Никанорыч! Чего ж вы не идете выпить за успех? (Радушно.) Пожалуйста! (Вытаскивает его, дает ему бокал.) С женой вы, кажется знакомы. А это вот племянница Зоя.