Вездѣ, гдѣ появлялся Гржимба, онъ производилъ впечатлѣніе страннаго допотопнаго чудовища, чудомъ сохранившаго жизнь и дыханіе подъ многовѣковымъ слоемъ земли, и теперь выползшаго на свѣтъ Божій дивить и пугать суевѣрный православный народъ.
И еще -- я находилъ его похожимъ на слона-одиночку. Африканскіе охотники разсказываютъ, что иногда отъ слоновьяго стада отбивается отдѣльный слонъ. Онъ быстро дичаетъ, мрачнѣетъ, становится страшно злымъ, безразсудно свирѣпымъ и жестокимъ. Бродитъ всегда одинокій, а если встрѣчается со слоновьимъ стадомъ, то вступаетъ въ драку, и его, обыкновенно, убиваютъ.
Гржимба былъ похожъ на такого слона. Моя нянька сказала о Гржимбѣ другое. Когда она немного ознакомилась съ нимъ, то всплеснула морщинистыми руками, заплакала и воскликнула:
-- Что же это такое! Бѣдненькій... Ходитъ, какъ неприкаянный.
Нянька, да я -- мы были единственными людьми, которые почему-то жалѣли дикаго, загадочнаго "неприкаяннаго" Гржимбу.
А, вообще -- его всѣ считали страшнымъ человѣкомъ
ІІ
Когда мнѣ было 10 лѣтъ -- мать моя держала гостиницу и меблированныя комнаты въ небольшомъ провинціальномъ городкѣ на берегу широкой рѣки. Однажды мы сидѣли за утреннимъ чаемъ и занимались разсказываньемъ другъ другу сновидѣній, пригрезившихся намъ въ эту ночь.
Мать, какъ женщина прямая, честная, разсказывала то, что видѣла въ дѣйствительности: ей грезилась "почему то лодка", и въ этой лодкѣ сидѣли наши сосѣди Хомутовы "почему то" все въ маленькихъ -- маленькихъ платочкахъ... и "почему то" они говорили: "идите къ намъ"!
Я слушалъ мать лѣниво, разсѣянно, придумывая въ это время себѣ сонъ поэффектнѣе, позабористѣе, чтобы совершенно затмить простодушныя маменькины лодочки и платочки.