-- Смотрите! -- сказала поклоннику Марья Николаевна. -- Вотъ на этой улицѣ я покупала сладкіе рожки. Знаете, что это такое? Рожки... Тутъ они были особенно сладкіе.
-- Неужели? -- удивился поклонникъ и, какъ парень не промахъ, прижалъ локоть Марьи Николаевны къ своему.
-- А вотъ здѣсь меня одинъ мальчишка, когда я шла изъ училища, камнемъ въ ногу ударилъ.
-- Какой подлецъ, -- проревѣлъ поклонникъ. Экіе канальи! Вѣшать ихъ мало! А? Какъ вамъ нравится! Камнемъ въ ногу! Ну, попался бы онъ мнѣ...
-- Да, да... Мнѣ тогда было лѣтъ десять. Я еще, помню, остановилась у этого домика и -- плачу, плачу, плачу, а какой-то лавочникъ вышелъ, далъ мнѣ двѣ мармеладины и успокоилъ меня.
Поклонникъ задрожалъ отъ восхищенія.
-- Какой симпатичный лавочникъ! Смотрите-ка! Приласкалъ мое милое солнышко! Съ какимъ бы удовольствіемъ я пожалъ ему руку, этому честному торговцу.
-- Ну, гдѣ тамъ... Онъ уже, навѣрное, умеръ.
-- Царство же ему небесное! -- прошепталъ поклонникъ, благоговѣйно цѣлуя руку Марьи Николаевны.
-- А это вотъ домикъ, гдѣ, кажется, жилъ нашъ дьяконъ. Смотрите-ка!