"Многоуважаемая Вѣра! Съ дозволенія начальства. Очень прошу не обижаться, что я ушелъ тогда. Было нельзя. Если бы кто-нибудь вернулся -- засыпался бы я. А ты дѣвчонка знатная, понимаешь, что къ чему. И прошу тебя получить... бинокли у капельдинеровъ... сыю куклу, мною для тебя найденную на улицѣ... Можешь не благодарить... Артисты среди акта на апплодисменты не выходятъ... Уважаемаго тобой Мишу С. А ложку-то я забылъ тогда вернуть! Прощ."
-- Вотъ онъ гдѣ, ребята! Держи его! Вотъ ты узнаешь, какъ куколъ воровать, паршивецъ!.. Стой... не уйдешь!.. Собачье мясо!..
Саматоха вскочилъ съ земли, съ досадой бросилъ куклу подъ ноги окружавшихъ его дворниковъ и мальчишекъ и проворчалъ съ досадой:
-- Свяжись только съ бабой, -- вѣчно въ какую-нибудь исторію втяпаешься...
МАНЯ МЕЧТАЕТЪ.
Хорошо бы идти, идти, да вдругъ найти на улицѣ милліонъ. Вотъ бы тогда...
Манѣ четырнадцать лѣтъ, кожа на лицѣ ея прозрачна, и подбородокъ заостренъ; глаза, большей частью, красные; конечно, не отъ природы, а отъ усиленной работы въ модной мастерской m-me Зины, гдѣ она работаетъ и сейчасъ, несмотря на вечеръ Страстной субботы и заманчивый перезвонъ колоколовъ...
Наблюдалъ ли кто-нибудь за взаимоотношеніемъ между положеніемъ человѣка и его желаніями? Какъ-никакъ, Маня, все-же, сидитъ болѣе или менѣе сытая, въ болѣе или менѣе теплой комнатѣ. И ей хочется найти милліонъ; броди она босая, въ изорванномъ платьѣ, -- вѣнцомъ ея мечтаній было найти десять или даже сто милліоновъ. Неправда, что у нищихъ скромныя желанія. Нищіе больны лихорадкой ненасытности. Если бы Маня сидѣла не въ мастерской, а у себя дома, въ уютной гостиной, за піанино, и отецъ ея былъ бы не пьяный разсыльный технической конторы, а статскій совѣтникъ -- ея матеріалистическія мечты сузились бы пропорціонально благосостоянію. ("Хорошо бы найти гдѣ-нибудь пятисотрублевую бумажку. Чего только на пятьсотъ рублей не сдѣлаешь!.."). А нѣкоторыя нѣмецкія принцессы, какъ о томъ писали въ газетахъ, получаютъ отъ родителей десять марокъ въ мѣсяцъ и, конечно, вѣнецъ ихъ желаній -- найти гдѣ-нибудь стомарковую монету.
Маня мечтала о милліонѣ; изъ этого можно заключить, что жилось ей совсѣмъ не важно.
-- Пасха тутъ на носу, -- угрюмо думала Маня, переѣзжая со своего излюбленнаго милліона на предметы болѣе реальные, -- а ты сиди, работай, какъ собака какая-нибудь. Уйти бы теперь, да на улицу!.. Хорошо, если-бы вдругъ пожаръ случился. Чтобы вспыхнуло у старшей мастерицы платье, которое она такъ внимательно расправляетъ на манекенѣ. И чтобы огонь перескочилъ на всю эту кучу тряпокъ... Всѣ визжатъ бѣгутъ... Я бы тоже завизжала, да на улицу... Ищи меня тогда...