Мастаковъ. Скажитеже: что случилось?
Лидочка. Ничего! Буквально ничего не случилось -- и въ этомъ весь ужасъ... Развѣ я могу послать вамъ какой нибудь упрекъ. Въ чемъ? Господи! Да у меня языкъ не повернется.
Мастаковъ (проводя рукой по лбу). Все это... для меня такъ неожиданно!.. (съ горечью). А я то еще -- такъ торопился къ вамъ, такъ гналъ извозчика!
Лидочка (язвительно). Скажите -- то, что вы подгоняли извозчика, вамъ на много дороже стоило? Вы, кажется, хотите упрекнуть меня въ томъ, что я ввела васъ въ лишній расходъ? Боже, Боже! Какъ я раньше всего этого не замѣчала! "Онъ гналъ извозчика!" Онъ истратился!! Надо было съ нимъ торговаться -- онъ бы уступилъ.
Максъ. Лидія Васильевна! Вы, ей Богу, несправедливы. Ну, что случилось, дѣйствительно? Вѣдь вы сами же говорите, что ничего не случилось? Я вѣдь вамъ уже доказывалъ, что господинъ Мастаковъ -- кристаллическая свѣтлая душа, и такое отношеніе къ нему изумляетъ меня. Неужели, я напрасно такъ распинался за него?!
Мастаковъ. Ли... Лидія Васильевна!.. Ну, давайте объяснимся... (Нѣжно) Ну, дѣтка... Когда вы сядете около меня и положите свою головку на мое плечо...
Лидочка. Мою голову?! (Брезгливо). На ваше плечо?! Этого недоставало!
Мастаковъ. Ли... Лидія Васильевна! (пытается взять ее за руку. Она вырываетъ руку, вытираетъ ее платкомъ).
Лидочка. Что это за обращеніе, я не понимаю... и вообще... вообще... (въ голосѣ ея слезы). Оставьте меня всѣ въ покоѣ -- слышите?! Я такъ страдаю! (падаетъ на диванъ, зарывается головой въ подушку).
Мастаковъ. (Съ мучительной гримасой). Лидочка... А вы думаете, я не страдаю?