Анна Перфильевна. -- Да-с?
Макрида Семеновна (медовым голосом). -- А что я хотела у вас попросить...
Анна Перфильевна (насторожившись, тоном довольно-таки деревянным). -- А что именно?
Макрида Семеновна.-- Не можете ли вы дать мне на недельку швейной машины. А то моя племянница Оленька совсем обтрепалась. Хе-хе...
Анна Перфильевна. -- Что вы! Что вы, Макрида Семеновна... Как же я могу дать, если машина у нас каждый день в ходу; семья-то, слава Богу! То то, то се! С утра до ночи она у меня занята. Нет, что вы!..
Макрида Семеновна (в голосе подозрительная сухость и отсутствие прежних гибких интонаций). -- Ну, на недельку могли бы.
Анна Перфильевна. -- На три дня не могу, миленькая Макрида Семеновна. Верьте совести.
Макрида Семеновна (в голосе погромыхивание отдаленного, но приближающегося грома). -- Ах, так? Понимаю-с, понимаю-с. (Пауза.)
Анна Перфильевна. -- Что вы понимаете?
Макрида Семеновна. -- Нет уж... что там! Насквозь вижу вас. (Гром ближе; коричневое небо прорезывается кое-где ослепительными молниями.) Это вы мне за то не хотите дать, что я вашему Петьке давеча, когда вы прислали, утюгов не дала. И не дам! (Гроза переходит в ливень.) И не дам! Потому, я знаю вашего Петьку... Возьмет этот дылда утюги, да вместо того, чтобы вам снести -- пропьет их!!!