-- Терпѣть не могу съ листа платать; берите круглую цифру съ тома. Изданіе жь вамъ извѣстное, тра года назадъ такія жь книжки переводили... Почемъ за томикъ брали?
-- Сто двадцать приходилось.
-- Ну, берите круглымъ счетомъ по сту.
-- Помалосердуйте, Христофоръ Германовичъ: тамъ шрифтъ былъ другой, этотъ мельче и сжатѣе.
-- А что жь шрифтъ? Шрифтъ пустяки. А если мельче, то и мнѣ за наборъ дороже платить придется.
-- И въ тѣхъ книжкахь было по десяти, много по двѣнадцати, а здѣсь....
Христофоръ не далъ Чулкову счесть сколько листовъ въ книжкѣ, и пробормотавъ: "рѣшайтесь, а то право жь некогда", побѣжалъ въ магазинъ.
Чулковъ принялся высчитывать среднее число листовъ въ томѣ. Въ шести книжкахъ ихъ оказалось около ста; стало, за листъ приходилось около шести вмѣсто прежнихъ десяти, не говоря уже о величинѣ листа. Чулковъ вздохнулъ.
-- Что жь, согласны? спросилъ вихремъ влетѣвшій книгопродавецъ.
-- Дешево очень, по шести съ листа...