Амфилохій не договорилъ и грузно стукнулъ по столу кулакомъ. Художникъ не слышалъ восклицанія Рудометкина и не замѣтилъ энергіи его жеста: онъ соображалъ чего бы потребовать съ Амфилохія.
-- Слушай, Рудометка, сказалъ онъ надумавшись.-- Я тебѣ все досконально разузнаю, только уговоръ дороже денегъ: коли Кононовъ женится, ты ко мнѣ на квартиру переѣдешь.
-- Согласенъ, отвѣчалъ Рудометкинъ и быстро вставъ, вышелъ изъ комнаты.
Художникъ ждалъ пять, семь, десять, двѣнадцать минутъ, наконецъ за четверть, а Рудометкинъ не возвращался. "Что онъ тамъ?" спохватился Семенъ Иванычъ и обратился къ половому. Въ отвѣтъ онъ услышалъ что Амфилохій Григорьевъ расплатились за буфетомъ и уѣхали.
"Ахъ чортъ! подумалъ художникъ,-- а я было надумался задатокъ съ него за квартиру взять. И тащись теперь на Васильевскій пѣшкомъ!"
-- А что, обратился онъ къ половому, Амфилохій Григорьичъ не говорили что если я спрошу чего, на ихъ счетъ записать?
-- Никакъ нѣтъ-съ, ухмыльнулся половой.
-- Экой непредупредительный! измыслилъ вслухъ Семенъ Иванычъ и вздохнувъ поплелся домой.
Амфилохій, сѣвши на сани, далъ Семену адресъ куда везти, но лихачъ, услышавъ что сѣдокъ нѣсколько разъ проговорилъ: "А если нѣтъ, убью", и опасаясь уголовья, свезъ его прямо домой.
IV.