Но милая барышня не слушалась, и поставила на своемъ. Старушки, переговоривъ межь собой по тайности, рѣшили что видно такъ оно и надо, и обѣ почти въ голосъ замѣтили что Людочка со времени болѣзни тетки стала поспокойнѣе. И вотъ Марья Ивановна, совсѣмъ оправившись на пятый день, ради Людочки еще два дни пролежала въ постели. По вечерамъ у постели завелась особая бесѣда. Людмила Тимоѳевна какъ-то попросила разказать о своемъ дѣтствѣ, потомъ стала разспрашивать какая сестра была маленькой, о дѣтствѣ самой, тетка, Мины Иваныча, Карловны. Старушки, подстрекаемыя вопросами дѣвушки, забирались все дальше и дальше въ старину. И Людмилѣ Тимоѳевнѣ, подъ говоръ тихихъ и неторопливыхъ голосовъ, при слабомъ свѣтѣ полузавернутой лампы, становилось легче. И по временамъ казалось ей будто то горе что не даетъ ей покоя также было давно, такъ давно что трудно припомнить.
V.
Куцая не ограничила свое судебное слѣдствіе разговоромъ съ Кононовымъ. Настасьѣ Григорьевнѣ не даромъ казалось будто въ фойэ ее кто-то подслушивалъ. Клавдинька имѣла его намѣреніе, но несмотря на всю "энергію", слышала только имя Настасьи Григорьевны, и заключила что этимъ именемъ зовутъ маску ходившую подъ руку съ Кононовыхъ. Написавъ г. Хамазову записку о такомъ, она сама потрепалась къ Паулинѣ Тимоѳевнѣ; ей помнилось что кузину Воробьевыхъ зовутъ Настасьей.
-- Отъ этой личности всего можно было ожидать, объявила Паулина, выслушавъ разказъ и подтвердивъ догадку ученой пріятельницы.
Въ тотъ же вечеръ г. Хамазовъ узналъ объ открытіи Кдавдиньки; онъ тотчасъ же хотѣлъ летѣть къ Воробьевымъ, и только вопросъ къ кому лучше обратиться, къ дурѣ-сестрѣ, мерзавцу-дядѣ, или сплетницѣ-теткѣ, нѣсколько умѣрилъ его пылъ. Всю ночь онъ обдумывалъ планъ дѣйствія, и даже составилъ небольшую рѣчь о различіи любви пошлой, или буражуазной, отъ любви настоящей, или новыхъ людей. На слѣдующій день онъ не пошелъ въ должность и довольно усердно занялся своимъ туалетомъ. Наконецъ, часъ насталъ.
"Дѣло выиграно, проговорилъ онъ про себя, франтовски надѣвая шляпу.-- Конечно, она выйдетъ за меня какъ говорится par dépit, во въ сущности не все ли равно? Не вѣритъ въ сочувствіе душъ, и прочую ерунду."
Обстоятельства благопріятствовали Наполеону. Тетя Маша съ Людмилой Тимоѳевной пошли прогуляться, и онъ предварительно, чего ему сильно желалось, могъ на свободѣ побесѣдовать съ Паулиной.
-- Но слѣдуетъ да говорить объ этомъ Людмилѣ Тимоѳевнѣ? заикнулся онъ между прочимъ.
-- Конечно, слѣдуетъ, поспѣшно перебила его, Паулина.-- Было бы нелогично скрывать отъ нея такой возмутительный фактъ.
-- Д-да, протянулъ Іоанникій, -- но требуется сообщить осторожно, и какъ бы нечаянно.