-- Напущено было, аль хворь какая, отвѣчалъ онъ.-- Была да сплыла. И ты, государь, опосля тоску во мнѣ замѣчалъ ли?
Нѣтъ, князь не замѣчавъ. А все жь ему кажется: не договорилъ Ванька, ровно увильнуть отъ отвѣта хочетъ. Съ чего бы? Съ чего бы ни было, разговора на этомъ кончить нельзя: крестъ цѣлованъ.
-- А въ тѣ поры, какъ тосковалъ, можетъ про кого и думалъ?
"На пыткѣ стою", подумалось Ивану. Онъ шелохнуться не смѣлъ. Онъ чуялъ: разговоръ дальше пойдетъ, и чѣмъ дальше, тѣмъ труднѣе отвѣчать будетъ. "Отбиться бы только", думалъ онъ, и опять сталъ не гораздъ князя слушать; не рѣчь выразумѣть, только бы на спросъ отвѣтъ дать.
-- На дѣвку глядючи, можетъ въ мысль приходило: "славная де изъ нея жена выйдетъ?" Не бывало того?
-- Не бывало, собрался съ духомъ, отрѣзалъ Иванъ, но голосъ у него дрогнулъ.
-- Не жалѣлъ ли кого? Кому не говорилъ ли: "Не горюй де, найдется человѣкъ, за себя возьметъ?" И того не бывало?
"На любовницѣ, на отставленной", вспомнились Ивану Щегловы слова. И ненависть заговорила въ немъ; онъ еще сдерживалъ ее, но ждалъ: "скажетъ нѣкоторое слово князь, не сдержусь тогда."
-- Кого жалѣть? попрежнему уклончиво отвѣчалъ онъ.-- Кажись некого бы.
-- Теперь рѣчь иначе поведемъ. Можетъ ты самъ кому долюби пришелъ. Самой боязно, людей развѣдать просила: каково ты ее понимаешь? за ея къ тебѣ любовь люба ль тебѣ станетъ?