-- И не думай: не отвѣтишь, и я не отвѣчу, а сила есть, молвилъ Щеголъ.
Князь на него поглядѣлъ, и разговоръ съ нимъ повелъ.
-- Ты въ веселыхъ давно ли?
-- Сызмальства, государь.
-- Вѣкъ бродишь, вездѣ чай побывалъ?
-- Ты прямо, государь, спрашивалъ бы: "съ кѣмъ де, молодецъ, воровалъ, съ кѣмъ разбой держалъ?" А этакъ, съ подходцемъ, вывѣдывать зачѣмъ же? съ усмѣшкой проговорилъ Щеголъ.
Князь смутился. И этого въ жизнь съ нимъ не бывало чтобы съ вѣтру человѣкъ въ его мысли проникалъ, къ чему онъ разговоръ клонитъ отгадывалъ. И этотъ человѣкъ -- скоморохъ!
-- Ты тута не въ приказѣ брата пытаешь, съ чего жь про разбой вывѣдывать сталъ? отозвалась вдовка.
Князь ей ни слова. Она переспросить было думала, но Щеголъ ее остановилъ.
-- Не замай, сестра: мы тебѣ не мѣшаемъ, и ты намъ не мѣшай же. Разговоръ у васъ съ княземъ особый пойдетъ: не твоего ума дѣло. И помолчавъ, онъ проговорилъ отвѣтъ на давешній князевъ вопросъ: -- Тамъ, государь, гдѣ думаешь, не бывалъ. А пѣсня, точно, оттуда идетъ, тамъ сложена.