-- Грамоту мою въ цѣлости-ль доставили? спросилъ онъ.
-- Пуще ока берегли, отвѣчалъ прикащикъ; съ опаской и бережью великою везли, по ночамъ не спали, все о грамоткѣ твоей заботу имѣючи....
-- Самому отдали? опять перебилъ князь.
"Экъ, разговору разойтись никакъ не дастъ", подумалъ прикащикъ, и надѣясь авось-либо князь смирненько теперь слушать станетъ, залился соловьемъ.
-- Не погнѣвись, государь, не самому, дворецкому отдали. Не думай, государь, о чести твоей не радѣли; пытали мы многажды дворецкому говорить: велѣно де самому боярину въ руки подать; а не самому, черезъ тебя подадимъ, и въ томъ государя нашего князя чести великая поруха будетъ. (Эхъ складно сказалось,-- таланъ, подумалъ про себя прикащикъ, и тѣмъ же пѣвучимъ тономъ продолжалъ:) -- А дворецкій боярскій...
-- Ладно. Отписку получили? спросилъ князь.
-- Многажды ходили мы къ боярину на дворъ, затянулъ было прикащикъ.
-- Отписка гдѣ? Получилъ, подай, нетерпѣливо замѣтилъ князь.
-- Отписки никакой не получали: недосугъ де. А на словахъ отвѣтъ даденъ.,
-- Вотъ какъ!-- и князь усмѣхнулся, и сердито бровью повелъ.-- Такъ его боярской чести недосугъ? а на словахъ каковъ отвѣтъ? и отвѣтъ самъ ли давалъ, аль опять черезъ дворецкаго?