Варя теперь слушает.
-- А что же надо делать? -- спрашивает она. -- Все хорошо, и слава Богу.
-- Вот в том-то и дело, что все слишком хорошо! -- шепотом продолжает Соня. -- Все слишком! Разве так бывает? И вот именно теперь... Какое-то особенное счастье, какое-то неимоверное, невероятное. Я у ехала к вам и думала, что это достаточная жертва, что я немножко искуплю. Но нет! Я бы чувствовала. Я тогда почувствовала...
Последнюю фразу она шепчет чуть слышно и опять дрожит.
-- Когда же тогда? Что такое? -- тревожно спрашивает Варя.
Соня отвечает с трудом, и дрожь ее усиливается:
-- Когда умер мой ребенок. Ведь я, Варя... ведь я принесла его в жертву. -- Варя быстро пригибается к сестре и глядит на нее пристально и тревожно. -- Мой малютка!.. Клавдия думает, что я его не любила. Но как же не любить своего дитяти? Разве это можно? Только мужа я любила сильней, страстней. Мужа я любила и люблю до безумия. Да, это так! И вот когда придвинулась опасность, и я чувствовала, что счастье мое так велико, что так не должно и не может быть... Когда я ужасно, безмерно измучилась за свое счастье, я будто услыхала голос, который мне сказал: "Выбирай мужа или сына. Кого выберешь -- тот у тебя останется". Видишь ли ты, мне предлагали выбор. И я не колебалась. Я ответила: "Я выбираю мужа. Пусть же мой бедный, мой милый младенчик, мой родной сыночек умрет". Ах, Варя, как это было ужасно! Я обрекла его на смерть!
Соня прячет голову в подушку и долго молчит.
-- Что же ты сделала? -- спрашивает Варя. -- Говори!
-- Ничего! -- усталым голосом продолжает Соня. -- Я стала ждать. Возьму, бывало, своего ребеночка на колени, целую его ручки, его ножки и думаю, все думаю: я его отдала! я его отдала! Тяжело... А один раз мне показалось, что он взглянул на меня не детскими, а такими взрослыми, умными глазами и вдруг все понял. Ведь не может быть этого, Варя? Не может? Но как мне это показалось, я больше не могла... Стала избегать его брать и больше не ласкала, не целовала. А тут он и заболел... Муж ужасно встревожился, стал звать докторов, лечить. Ах, Варя! Да как же я могла его лечить, если я знала? Ведь я выбрала не колеблясь! Выздоровел бы он, мой сынок, умер бы муж. Обмануть ведь я не могла... Так обмануть, чтобы оставить себе обоих. И вот он болел, муж сидел у него по ночам и давал лекарства, а я днем выливала лекарства в форточку, снимала компрессы. Варя! Варя!