Я пожал плечами.
-- Если это не приснилось вам, то Войнаровский, очевидно, привозил к вам, под видом нотариуса, своего сообщника, -- сказал я. -- Такие случаи с ряжеными нотариусами, говорят, бывали.
Дядя печально развел руками.
-- Я и сам вижу, что все это -- самое наглое мошенничество, и что я оказался дурак-дураком, -- сказал он. -- Но не могу же я успокоиться на этом. Я уже заявил прокурору, но мне надо отыскать негодяя во что бы то ни стало и расправиться с ним по-своему. Да, да!
Дядя схватил лежавший на столе костяной ножик и раскрошил его пальцами.
-- Извини, пожалуйста, -- смутился он. -- А у меня, голубчик, величайшая просьба к тебе. Съезди ты, ради Бога, в Петербург и наведи там всякие справки.
-- Какие же справки?
-- Ну, всякие. Может быть, там знают Войнаровского. Едва ли он только для меня принял это имя. А, кроме того, и насчет руды. Она-то у меня в целости осталась. Как знать, может быть, случайно столкнешься с ним самим, лицом к лицу.
-- Да ведь я его лица не видал никогда. Нет ли у вас, по крайней мере, фотографии?
-- Вот то-то, что нет. Обещал он Ларисе непременно привезти, да так и не привез. Из предосторожности, мерзавец.