-- Знаешь, просто возьмемъ и позавтракаемъ. Какой-нибудь сумашедшій завтракъ, тамъ, вдвоемъ, въ твоей комнатѣ.... и чтобъ мы оба были глупы и пьяны.... придумалъ онъ неожиданно и ткнулъ въ пуговку электрическаго звонка.
Завтракъ, дѣйствительно сумашедшій, былъ заказанъ.
-- Мы будемъ пить.... ты, тоже пей, много, чтобъ пьяною быть.... я сегодня способенъ на величайшее безобразіе.... я чувствую, душитъ меня.... я никогда этого не чувствовалъ, продолжалъ несвязно Ильяшевъ, берясь за голову и торопливо шагая по комнатѣ. Вдругъ онъ быстро остановился предъ Шелопатовой.
-- Катя, вѣдь это что такое?-- счастье! Я въ первый разъ счастливъ и въ первый разъ люблю....
Завтракъ былъ поданъ. Ильяшевъ налилъ два большіе бокала.
-- За что мы выпьемъ первые глотки? спросилъ онъ.
-- За нашу любовь, подсказала Шелопатова.
Ильяшевъ подумалъ.
-- За любовь? да.... Но за нее каждый день пьютъ сотни, тысячи глупыхъ, самообманывающихся паръ, льютъ и не понимаютъ за что они пьютъ. Нѣтъ, это для насъ не годится.... Я предлагаю выпить за то что насъ здѣсь двое, и намъ никого больше ненужно, чтобъ заграбить вдвоемъ все то полное, богатое счастье, которое люди ловятъ крупинками.... за то что мы не знаемъ предразсудковъ, что мы.... можетъ-быть единственная пара понимающая другъ друга и живущая одною жизнью....
Ильяшевъ отхлебнулъ изъ бокала и задумчиво смотрѣлъ сквозь прозрачную влагу на хрустальное дно.