Докторъ долженъ былъ то же поднять свой стаканъ и отхлебнуть.
-- Мнѣ и пора отсюда, сказалъ онъ тотчасъ же и взялъ съ окна шляпу.
Подобаевъ сконфузился: ужъ очень похоже было на то что докторъ нарочно избѣгалъ его. Онъ даже покраснѣлъ, пожимая ему руку и какъ-то нечаянно, безъ всякой надобности, чтобы только что-нибудь сказать, спросилъ:
-- А какъ Полина Матвѣевна? Давно вы у нея были?
Докторъ остановился и посмотрѣлъ на него.
-- Да вѣдь мы вчера съ вами тамъ встрѣтились? возразилъ онъ, и въ глазахъ его мелькнуло что-то такое что заставило Подобаева еще больше сконфузиться.
-- Кажется не глупый человѣкъ? обратился къ нему Ильяшевъ, когда невысокая фигура доктора скрылись за дверью.
-- Умницей первѣйшимъ здѣсь считается и очень въ ходу, отвѣтилъ съ какою-то гримасой Подобаевъ.-- Но претяжелый по-моему господинъ, и право, чортъ его знаетъ что онъ въ сущности за человѣкъ.
Ильяшевъ ограничился тѣмъ что подмѣтилъ въ отношеніяхъ доктора къ его пріятелю и не сталъ больше разспрашивать.
Подобаевъ разлилъ еще бутылку, и поднявъ стаканъ къ губамъ, поставилъ локти на столъ и лилъ малыми глотками не отрываясь. Онъ нѣсколько отяжелѣлъ, и его широкій мускулистый затылокъ сдѣлался багровымъ.