-- Нѣтъ, даже и ссоры не желаю имѣть съ вами! проговорилъ онъ рѣзко, и отвернулся отъ Ухолова.
Пройдя нѣсколько шаговъ, озъ обернулся: онъ ожидалъ что Ухоловъ бросится за нимъ; но въ комнатѣ уже никого не было.
Послѣ мазурки общество тотчасъ собралось въ обратный путь. Рѣшено было всѣмъ размѣститься въ прежнемъ порядкѣ. Надъ полями начинало уже смеркаться; по дорогѣ чуть искрились плывшія въ воздухѣ снѣжинки, и вдали какъ будто что-то дымилось въ таломъ полусвѣтѣ зимнихъ сумерекъ. На душѣ у Веребьева было неспокойно; онъ все поворачивался въ своихъ широкихъ енотахъ, точно пробуя усѣсться поудобнѣе. Милый профиль женскаго лица уже не такъ ясно какъ утромъ рисовался подлѣ него; полутѣни трепетали около этого лица, и въ морозномъ воздухѣ какъ будто стыли красивыя, мягкія очертанія.
Уже нѣсколько верстъ они проѣхали, а Веребьевъ все собирался заговорить, и не умѣлъ.
-- Людмила Петровна, пойдете ли вы за меня замужъ? вдругъ брякнулъ онъ со внезапною рѣшимостью.
Лошади неслись; частый и гулкій топотъ отдавался въ морозномъ воздухѣ, со свистомъ летѣвшемъ имъ навстрѣчу; бубенчики густо позвякивали точно надъ самымъ ухомъ, а Веребьеву казалось будто странная, неестественная тишина настала за послѣднимъ звукомъ его словъ: онъ не движется, и все кругомъ стоитъ и ждетъ....
Ельницкая медленно повернула къ нему край щеки и посмотрѣла на него уголкомъ глаза.
-- Вы дѣлаете мнѣ предложеніе? спокойно спросила она. Веребьеву жуткимъ показалось это спокойствіе.
-- Да прошепталъ онъ.
Дѣвушка совсѣмъ повернула къ нему лицо.