"-- Можно, отвѣчалъ совершенно серіознымъ тономъ Микдаковъ,-- хорошо также ее увѣрить что вы и подлецъ!
"-- Увѣрьте ее что я и подлецъ! подхватилъ князь."
Происходитъ тягостная сцена, въ которой княгиня выслушиваетъ отъ посторонняго лица что мужъ ее не любитъ, и что ей тоже не слѣдуетъ и не зачто любить его. "Съ настоящей минуты она начала серіозно подумывать что въ самомъ дѣлѣ не лучше ли ей будетъ и не легче ли жить на свѣтѣ, если она разойдется съ княземъ и уѣдетъ навсегда въ Петербургъ къ своимъ роднымъ." Но такой исходъ былъ бы слиткомъ благоразуменъ для той атмосферы лжи которая образовалась вокругъ несчастной женщины. Князь, поджигаемый постоянными вспышками ревности со стороны Елены, которой присутствіе княгини не даетъ покою, замышляетъ выпроводить жену за границу, и для того чтобы разрывъ съ нею получилъ больше прочности, онъ опять не прочь подсунуть ей какой-нибудь сюжетъ для интриги. Атмосфера лжи начинаетъ оказывать свое вліяніе и на княгиню, и тутъ происходитъ очень странное и на первый разъ какъ бы нескладное, но весьма возможное и тонко подмѣченное явленіе. Наталкиваемая со всѣхъ сторонъ на интригу, оскорбляемая мужемъ, лишенная въ себѣ и внѣ себя всякой точки опоры, княгиня начинаетъ думать что упомянутый выше Миклаковъ въ самомъ дѣлѣ ей нравится, и что въ ея настоящемъ положеніи ей въ самомъ дѣлѣ ничего болѣе не остается какъ помѣстить свои привязанности внѣ брака. Оцѣпленіе неуловимыхъ, но ежедневныхъ случайностей и обстоятельствъ приводитъ къ тому что эта честнѣйшая и добродѣтельнѣйшая женщина, все еще беззавѣтно любящая мужа и рѣшительно неспособная принадлежать кому-нибудь кромѣ его, соглашается ѣхать за границу съ Миклаковымъ, краснѣя и почти не сознавая что она дѣлаетъ, рѣшается принять на себя двусмысленную роль развлекающейся въ сторонѣ отъ мужа авантюристки. Князь до такой степени отдается во власть опутавшихъ его ложныхъ отношеній что въ послѣдствіи поручаетъ попавшемуся ему подъ руку, лично ненавистному ему Жуквичу, проходимцу изъ польскихъ Жидковъ, сноситься съ какимъ-то парижскимъ пріятелемъ чтобъ узнать какъ поживаетъ за границей княгиня и все ли она продолжаетъ быть съ Миклаковымъ.
Въ этомъ дикомъ водоворотѣ, среди этой путаницы и тьмы фальшивыхъ отношеній навѣянныхъ съ вѣтру идей только одно лицо остается искренно и неизмѣнно вѣрнымъ себѣ. Это лицо -- Елена. Она чувствуетъ себя госпожею созданнаго ею ненормальнаго положенія; она не знаетъ никакихъ сдѣлокъ съ совѣстью, никакой борьбы, никакого насилія надъ своимъ чувствомъ, своею природой. въ этомъ воздухѣ, насквозь насыщенномъ ложью, она ощущаетъ себя совершенно привольно и ни на минуту не сомнѣвается въ своей безусловной правотѣ. То что затрудняетъ и смущаетъ другихъ, что бременитъ, напримѣръ, совѣсть князя и точить его сердце -- для нея не болѣе какъ предразсудокъ. Ей кажется совершенно естественнымъ что князь, полюбивъ ее, бросилъ жену; для нея существуетъ только вопросъ: какъ бы окончательно сбросить эту женщину съ дороги? Сама безусловно вѣрующая въ непогрѣшимость своей нигилистической догмы, она на каждомъ шагу ощущаетъ свое превосходство надъ окружающими ее людьми, еще не окаменѣвшими въ нигилистическихъ вѣрованіяхъ: это учитель распоряжающій учениками, спеціалистъ нигилистическаго дѣла между дилеттантами. Она почти съ гордостью несетъ свой свободомысленный вздоръ предъ внимательными слушателями, въ числѣ которыхъ есть даже ея непосредственное начальство. "Я буду держаться, проповѣдуетъ она въ княжеской гостиной,--
"моего опредѣленія что законы суть договоры, и вообразите, я родилась въ извѣстномъ государствѣ когда договоры эти уже были написаны и утверждены, но почему же я, вовсе не подписавшаяся къ нимъ. должна исполнять ихъ? Договоры обязательны только для тѣхъ кто лично ихъ призналъ. Даже и знать-то всѣхъ законовъ нельзя.
"-- Я согласенъ что нельзя знать всѣхъ законовъ въ подробностяхъ, сказалъ баронъ,-- но главные, я думаю, всѣ вообще знаютъ: кто же не знаетъ что воровство, убійство, есть преступленіе?
"--Положимъ даже что это преступленіе; но наказывать-то за него не слѣдуетъ! возразила Елена.
"-- Какъ не слѣдуетъ? спросилъ баронъ, откинувшись даже въ недоумѣніи на задокъ стула.
"Анна Юрьевна тоже взглянула на Елену не безъ удивленія.
"-- Не слѣдуетъ-съ! повторила она рѣшительно.