-- Вы хотите дѣлать поворотъ?.. Но вѣдь опасность зараженія... Луэсъ... Вы можете заразиться.
-- Могу, конечно.
Зарѣчный съ недоумѣніемъ уставился на старика... А минуту спустя, повысивъ голосъ, онъ сказалъ рѣшительно.
-- Я не допущу!.. Я самъ сдѣлаю поворотъ.
-- Если бы вы за мной не этотъ... не посылали, и меня бы здѣсь не было, поворотъ сдѣлали бы вы сами,-- сдержанно возразилъ Мукосѣй.-- А теперь, знаете, тово... теперь ужъ, видно, сдѣлаю я...
Старикъ всталъ.
Въ замѣшательствѣ и испытывая что-то похожее на стыдъ и на странную, необычную досаду, Зарѣчный попятился къ двери.
-- Больная -- моя!-- твердо сказалъ онъ, преграждая старику дорогу.-- И по совѣсти, и по всѣмъ правиламъ, по всѣмъ врачебнымъ обычаямъ, именно я обязанъ сдѣлать поворотъ!
-- Не спорю. Я не этотъ... я не спорю...
Мукосѣй обѣими руками взялъ руки Зарѣчнаго, посмотрѣлъ на него долгимъ, внимательнымъ, грустнымъ взглядомъ и вдругъ измѣнившимся голосомъ, тихимъ и трогательнымъ, сказалъ: