— Жалея вашу семью, я, пожалуй, изменю свое решение, — жестко сказал он. — Вы останетесь на стройке, но не на проектировочной работе. Вас переведут на трассу, и вы будете там претворять в жизнь проект Беридзе. Так вы скорее оцените его.
Фурсов хотел возразить. Тополев не дал ему говорить.
— Ступайте! — приказал он.
Оставшись один, Кузьма Кузьмич в нетерпении зашагал по кабинету: хотелось и дальше что-то решать, делать, во что-то вмешиваться. Он услышал попискивание селектора и торопливо надел наушники. Некрасов с третьего участка вызывал Ковшова.
— Здравствуй, старый товарищ! — приветствовал Некрасова Кузьма Кузьмич. Инженеры знали друг друга по совместной работе на других стройках. — Это я, Кузьма Тополев. Не узнал?
— Давненько не слышал твоего баса, вот и не узнал! — Некрасов не скрывал своего удивления.
— Зато сразу обрадую тебя.
— Чем же это?
— Ты жаловался, что не удается тебе использовать твой опыт подрывника.
— Сам знаешь, на этой стройке почти не делаем взрывов, а это главная моя специальность.