— Пожалуй, есть смысл попробовать, — сказал Беридзе. — Мне только кажется, что к этой «дуре» хоть сто человек приставь, она не поумнеет...
— Отбери людей, подготовь все и начнем, — повернулся Алексей к Карпову. — Силину я сам растолкую, как действовать.
— Бегу! — сказал Карпов.
Но его остановил Умара Магомет. В десятый, верно, раз сварщик прибежал, чтобы взглянуть, как идет дело, и подстегнуть инженеров.
— Волынка тянете! — кричал он Карпову. — Мы второй плеть кончаем!
— Знаешь, паря Умара, иди-ка ты отсюда, — посоветовал сварщику Иван Лукич.— Инженеры и так обозлились, а ты еще подзуживаешь. Попадет тебе от Беридзе под горячую руку.
... Алексей оказался прав. Пятьдесят человек, поставленных к трубе с вагами в руках, сделали ее как бы одушевленной. Когда Батманов и Залкинд пришли на площадку, труба лежала всем своим длинным телом на льду, уткнувшись одним концом в берег. Василий Максимович только что жаловался Залкинду на неудачу. Сейчас он сразу повеселел и хлопнул Рогова по спине.
— Ты говорил: не пойдет у инженеров! — воскликнул он, хотя Рогов ничего подобного ему не говорил. — Русская смекалка плюс высшая математика с физикой — это, милый мой, сила! Теперь «дуры» пойдут легко, лиха беда начало. Вот посмотреть бы, как эту игрушку опустят на дно морское, и можно отсюда уехать.
Глава четвертая. Батманов говорит комплименты
Батманов с глубоким вниманием и интересом наблюдал за людьми, которые его окружали. Забыв о себе, отрешившись от всего, они видели перед собой только тяжеленные плети трубопровода и думали лишь о том, как бы скорее передвинуть их на место. Исступленная настойчивость инженеров и рабочих, их чистая самоотверженность позволяли делать невозможное.