Вслед за Карповым парторг вызвал Гончарука и Умару. Потом появился Сморчков. За ним — Ковшов. Батманова удивил строгий и сухой тон обращения Залкинда к Алексею. Обычно Михаил Борисович был отечески ласков с инженером.
— Почему вы задержали Смирнова, товарищ Ковшов? По моему личному предписанию он должен был пять дней назад немедленно выехать в Новинск на семинар.
— Михаил Борисович, Смирнов мне очень нужен. Вы же знаете, сейчас разгар работ на проливе. Татьяна одна не управится. В конце концов, Смирнов пропустит семинар, и ничего страшного не произойдет.
— Вы огорчаете меня своим делячеством. Раньше не замечал его за вами. А пора бы знать: партийная учеба не может срываться ни при каких обстоятельствах. Я знал, что на проливе разворот работ, и все же дал указание о посылке в Новинск с этого участка Смирнова и еще троих товарищей. За остальных мне ответит Рогов, за Смирнова — вы. С чего это вы вдруг решили вмешаться не в свое дело?
— Я согласовал вопрос с начальником строительства,— Алексей был озадачен строгостью парторга.
— Товарищ Батманов в данном случае поступил неправильно, — жестко сказал Залкинд. — Ему не следовало отменять распоряжения парторга строительства. Но меня интересует и, не скрываю, задевает ваша неожиданная инициатива. Допускаю на крайний случай: вы могли бы снестись со мной, не обращаясь к начальнику строительства.
Ковшов, явно обескураженный, взглянул на Батманова, ища его поддержки.
— Верно, я дал согласие на задержку Смирнова, — признался Василий Максимович. — И тем самым я напрасно подтвердил вашу неправоту, товарищ Ковшов. Немедленно исправьте мою и свою ошибку: пусть Смирнов едет на учебу.
Алексей стоял у стола и вертел в руках рулетку. Ему не хотелось уходить, не объяснившись с Залкиндом.
— Получилось, конечно, нехорошо, — сказал он с огорчением. — Прошу не истолковывать этого превратно. Я не думал чем-нибудь задеть вас, Михаил Борисович. Вопрос показался мне проще, чем он есть.