Не смотря на одолѣвавшій меня страхъ, я не могъ не замѣтить, что они повиновались ему безропотно.
-- Ну, давай играть!-- сказалъ онъ мнѣ.
Это была игра кошки съ мышью,-- игра, можетъ быть, очень забавная, но не для меня.
-- Оставьте!-- кричалъ я, кувыркаясь въ воздухѣ,-- оставьте! не то сейчасъ... пожалуюсь надзирателю!...
Лишь только я произнесъ эти слова, какъ вспомнилъ разумный совѣтъ дядюшки, но было поздно.
-- Если ужь жаловаться, такъ надо, чтобы было за что... Вотъ тебѣ!...
При этомъ я почувствовалъ на лбу щелчокъ, и въ глазахъ у меня зарябило.
-- Не хочу жаловаться!-- вскричалъ я, хватая его за руку.
-- Чего-же ты хочешь?
-- Вотъ чего!