-- Это что за новости!-- вскричалъ Жукъ, вырывая руку, но Клейнбаумъ держалъ ее какъ клещами.
-- Отпусти!..
-- Маменька!..-- говорилъ онъ.
-- Говорятъ толкомъ, пусти!
-- Папенька!..
Жукъ рванулся такъ, что и самъ онъ, и Клейнбаумъ полетѣли на полъ. Подскочилъ Филя и шепнулъ что-то на ухо нашему герою. Жукъ поднялъ Клейнбаума, улыбнулся и потрепалъ его по плечу.
-- Никогда не будешь плакать?
-- Никогда!-- вскричалъ Клейнбаумъ.
И, какъ бы въ подтвержденіе этого зарока, слезы полились у него градомъ. Жукъ поморщился, но не сердился; мы же привѣтствовали самымъ искреннимъ смѣхомъ это никогда!
-- Все-таки, молодецъ Клейнбаумъ,-- молвилъ ласково Жукъ,-- ну, теперь утрись!