-- Братецъ, все это прекрасно, но не рано-ли?-- замѣчала кротко мама.-- По моему, надо бы подготовить Сеничку и гимнастикой, и танцами...
Братецъ щурилъ лукавые глазки и улыбался.
-- Подготовляй, посмотримъ... пуфъ!
Въ саду, передъ балкономъ, поставили что-то въ родѣ мачты и веревочной лѣстницы; если я падалъ сверху, то не иначе какъ -- или въ объятія няни, или на мягкое сѣно. Кромѣ того, приглашенъ былъ извѣстный своею граціозностью мосье Пиша, учитель танцевъ: подъ его руководствомъ я выдѣлывалъ очень замысловатыя на. Но дядюшкѣ и этого было мало.
-- Пусть будетъ... того... танцмейстеромъ,-- говорилъ онъ,-- но, все-таки, Мари, надо, чтобъ мальчикъ крѣпко держался на ногахъ, а то посмотри: вѣтеръ дунулъ -- и нѣтъ человѣка!
-- Ахъ, братецъ, оставьте!-- восклицала мама.
Дядюшка незамѣтно подставлялъ ногу, и я растягивался на полу самымъ добросовѣстнымъ образомъ.
-- Вотъ видишь, Мари!
Въ одно прекрасное утро я узналъ, что меня отдадутъ въ мѣстное училище, пользовавшееся очень хорошей репутаціей.
-- А какъ-же съ экзаменами, братецъ?