— Позвольте еще один вопрос, товарищ Навратил. Какой приговор вынесли этим трем гнусным «братьям»?
Грубер широко открыл полные ужаса глаза и задрожал всем телом. А разговор неумолимо продолжался. Приемник безошибочно воспроизводил спокойный голос академика Навратила:
— Мы решили покончить с ними. Только подождем, пока наш приговор не утвердит Всемирная Академия. Навредить нам преступники все равно не смогут, а на их поиски сейчас нет времени…
— Итак, по прошествии стольких лет снова смертный приговор… Но это справедливо. Как иначе наказывать предателей всего человечества?.. — Фратев помолчал, а потом сказал уже другим тоном: — Когда я смотрю на нашего окутанного дымом соседа, мне в голову приходит один вопрос: не умнее было бы найти для будущего жилья место получше, чем Накрытый стол? Вулкан никогда не считался хорошим компаньоном.
— Мы этот вопрос обсудили, но в конце концов пришли к выводу, что лучшее место вряд ли найдем. Час назад Свозилова сообщила, что на побережье соседнего континента неожиданно появилась длинная цепь вулканов. Они растут с катастрофической скоростью, — «Стрела» с трудом избежала опасности… Видимо, Кварта переживает сейчас период великих геологических сдвигов. Располагайся хоть в райском саду — все равно проснешься на вершине вулкана, — попытался пошутить академик. — Сегодняшняя ночь будет нам наукой: в подземном жилище оставаться больше нельзя. Искать другое место не будем, поселимся прямо на Накрытом столе, а… Простите, меня вызывает Свозилова. Об остальном поговорим дома. Выключаю…
Приемник замолчал. В наступившей тишине жутко завывал ветер, в иллюминатор стучал песчаный дождь. Ракетоплан качался, как легкий челнок на бурных волнах прибоя.
Грубер схватился за шею:
— Покончим… Смертный приговор… — шептал он, как безумный. С трудом уселся в кресло пилота, пощелкал бесполезными переключателями.
Беспомощно откинулся на спинку кресла, закрыл глаза.
— Бананы! — вспомнил он вдруг.