(За сценой раздается хоровая военная пѣснь развѣдчиковъ. Всѣ развѣдчики присоединяются къ пѣнію, поднимая руки, смотря направо. Справа входитъ король Паухатанъ съ предводителями и воинами).
Король. Это что такое? Орлиное Крыло, кого это вы поймали?
Орлиное Крыло. Государь, мы только что поймали и связали настоящаго дьявола. Мы его взяли живымъ, чтобы ты, повелитель нашъ, могъ допросить и собственноручно убить его. (Приноситъ ружье.) Онъ пользуется громомъ и молніей небесъ при помощи итого предмета, которымъ онъ убиваетъ всѣхъ, кого ненавидитъ. Четверо изъ насъ уже лежатъ тамъ. Это настоящій дьяволъ.
Король (обращаясь къ Смиту). Такъ вотъ оно что! Кто ты? Дьяволъ? Или кудесникъ, или индѣецъ, выкрашенный въ бѣлую краску? Что ты здѣсь дѣлаешь?
Смитъ. Привѣтствую тебя, Государь! Я не кудесникъ и не дьяволъ, а самый обыкновенный человѣкъ -- Англичанинъ. Я явился къ вамъ изъ-за морей. Пять лунъ пробылъ я въ пути; вотъ какъ далеко отсюда до моей родины, по теперь я здѣсь, а за мной слѣдуютъ другіе. Мы пришли сказать тебѣ о Государѣ болѣе могущественномъ, чѣмъ ты -- о нашемъ Государѣ, который станетъ теперь и вашимъ.
Король ( весьма сердито). Что? Могущественнѣе меня? Рабъ, какая дерзость! Будь ты хоть самъ дьяволъ, какъ смѣешь ты такъ говорить?
Смитъ. Это правда, Государь. Въ странѣ моего блѣднолицаго Государя воиновъ столько, сколько песчинокъ въ морѣ.
Король. Я слышалъ объ этихъ блѣднолицыхъ. Ты не знакомъ со страхомъ?
Смитъ. Нѣтъ. Я боролся со стихіями, а рядомъ съ ними что значить гнѣвъ человѣка? (Смѣясь.) Не забывай -- я Англичанинъ, а Англичане не знаютъ страха.
Король. Ага, вотъ какъ... Мы это сейчасъ испытаемъ на дѣлѣ. (Выхватываетъ кинжалъ, бросается съ крикомъ на Смита, какъ бы желая ею поразить, остановивъ ударъ, лишь только кинжалъ коснулся груди Смита. Смитъ не дрогнулъ.) А!