Въ числѣ рукописей, переданныхъ намъ для напечатанія въ номерѣ, было сообщеніе Исполнительнаго Комитета о дегаевской исторіи. Когда мы съ Ивановымъ прочли этотъ документъ, мы были поражены его витіеватостью и невѣроятно тяжелымъ слогомъ. Въ нѣкоторыхъ частяхъ періоды были необыкновенно длинны и даже мало понятны,-- совсѣмъ стиль и аллюръ правительственнаго сообщенія. Посовѣтовавшись между собой, мы наложили святотатственную руку на оффиціальную прозу и, не измѣняя ни на іоту смысла ея, попытались придать нѣсколько болѣе удобоваримую форму наиболѣе тяжелымъ изъ фразъ. Признаю, что это тоже было ошибкой: впослѣдствіи пришлось, какъ разскажу дальше, возстановить первоначальный текстъ во всемъ его канцелярскомъ великолѣпіи.
Наборъ подвигался быстро, и мы надѣялись вскорѣ отпечатать имъ первый листъ номера, когда произошелъ нелѣпѣйшій инцидентъ, который чуть не погубилъ все дѣло. Только необыкновенному присутствію духа и выдержкѣ Руни типографія и, вѣроятно, всѣ мы были обязаны спасеніемъ.
Разъ послѣ обѣда, когда работа была въ полномъ разгарѣ, раздался звонокъ и передъ Руней, которая открыла дверь, предсталъ помощникъ частнаго пристава и попросилъ позволенія осмотрѣть квартиру. Когда Руня, въ кожѣ которой я не хотѣлъ быть въ это время, спросила его о цѣли осмотра, онъ отвѣтилъ, что хозяинъ дома подалъ жалобу на сосѣда за то, что тотъ льетъ помои подъ его стѣну. Требовалось осмотрѣть, дѣйствительно ли отсырѣла стѣна внутри. Руня казалась смущенной, затѣмъ вдругъ ударилась въ слезы и стала умолять "его благородіе" прійти завтра утромъ, потому что мужъ ея, который уже три дня пьетъ, теперь "дрыхнетъ" и, какъ всегда, изобьетъ ее, если его пьянаго разбудить. Его благородіе смилостивилось. послушало и согласилось отложить осмотръ стѣны.
Когда на другой день полиція явилась, все было чисто убрано, и Сахаръ Сахарычъ имѣлъ нѣсколько смущенный видъ человѣка, наканунѣ сильно покутившаго. Такъ дѣло и обошлось благополучно. Но оно послужило намъ въ нѣкоторомъ смыслѣ memento mori. Мы держали совѣтъ и единогласно рѣшили въ случаѣ, если пріидутъ жандармы, защищаться до послѣдней крайности. Всѣ мы были вооружены отличными револьверами; были запасные револьверы очень крупнаго калибра, которые лежали всегда заряженными на одномъ изъ столовъ типографіи. Кромѣ того намъ было доставлено изъ Луганска два разрывныхъ снаряда (которые потомъ были взяты полиціей у Саловой). Было чѣмъ встрѣтить гостей, если бы они пришли. Иногда даже у насъ было желаніе, чтобы это случилось. Всякій изъ насъ уже имѣлъ прошлое, на которое ушла лучшая часть его энергіи, и покой, купленный хорошей смертью, казался намъ даже очень заманчивымъ. Но кому суждено быть повѣшеннымъ, тотъ не утонетъ. Елько, который, я увѣренъ, защищался бы какъ левъ и не отдался бы живымъ въ руки жандармовъ, меньше чѣмъ черезъ годъ сталъ злостнымъ предателемъ и умеръ лѣтъ пятнадцать спустя въ шкурѣ мирового судьи въ Западномъ Краѣ; я благополучно занимаюсь біологической химіей, Ивановъ и Антоновъ протомились много лѣтъ въ Шлиссельбургѣ, а Руня пропала безслѣдно и, можетъ быть, теперь стала доброй матерью семейства {Лѣтомъ 1905 г., т. е. два съ половиною года послѣ того, какъ были написаны эти строки (начало 1903 г.), О. С. Миноръ, проводившій жаркіе мѣсяцы въ одной изъ горныхъ станцій Валлійскаго кантона, встрѣтился тамъ съ пожилой русской дамой, которая, познакомившись съ нимъ, стала осторожно разспрашивать про меня. Изъ нѣкоторыхъ ея замѣчаній. О. С., который читалъ мои воспоминанія въ рукописи, не замедлилъ догадаться, съ кѣмъ имѣетъ дѣло, и очень поразилъ ее, сказавши ей, что она -- Руня! Это дѣйствительно была Руня. Она потомъ была у меня и разсказала мнѣ свою поистинѣ удивительную исторію. Послѣ снятія ростовской типографіи она съ Сахаръ Сахарычемъ попала послѣ нѣкоторыхъ скитаній въ сравнительно крупный провинціальный городъ, и тамъ они основались, не имѣя другихъ документовъ, кромѣ жалкой фальшивки. Она съумѣла достать приличное мѣсто Сахаръ Сахарычу, у нихъ родилось двое дѣтей, и Руня несомнѣнно стала доброй матерью семейства. Положеніе ихъ было настолько прочно, что для выѣзда за границу Руня получила отъ губернатора паспортъ, не представивъ въ полицію бумагъ. Она съ умиленіемъ вспоминала прошлое и, если-бы не семейное положеніе, пожалуй, опять пошла бы въ дѣло.......}.
Вскорѣ послѣ описаннаго переполоха я поѣхалъ къ К--ву въ Ейскъ и пробылъ у него три дня. За это время я еще больше успѣлъ оцѣнить высокія душевныя качества этого сильнаго человѣка. Еще до моего пріѣзда К--въ обсудилъ положеніе и рѣшилъ присоединиться къ намъ, причемъ завѣтнымъ его желаніемъ было отдаться пропагандѣ среди рабочихъ. Продолжала смущать его неувѣренность въ томъ, что изложенные мною взгляды на соціально-революціонную дѣятельность соотвѣтствуютъ тому толкованію программы, которое распространено среди массы народовольцевъ. Я сказалъ К., что громадное большинство современныхъ народовольцевъ понимаетъ программу именно въ указанномъ мною смыслѣ, но что, если бы даже дѣло обстояло не такъ, оно не должно было бы имѣть для него рѣшающее значеніе, потому что въ концѣ концовъ содержаніе программамъ даютъ люди, работающіе въ партіи. Разъ предоставляется возможность революціонеру войти въ партію со своими взглядами и работать въ ней, оставаясь вѣрнымъ имъ, тѣмъ самымъ онъ полу, чаетъ возможность вліять на содержаніе программы въ желательномъ ему направленіи. При оцѣнкѣ дѣятельности партіи слѣдуетъ смотрѣть не на то, что написано въ программѣ, а на то. какъ написанное примѣняется на дѣдѣ. Чѣмъ больше въ партіи будетъ убѣжденныхъ соціалистовъ революціонеровъ мы называли себя такъ въ то время), тѣмъ больше гарантій будетъ за то, что программа ея не уклонится въ нежелательную сторону.
Нѣтъ никакого сомнѣнія, что тѣ пункты, которые смущали К--ва, не помѣшали бы ему войти въ партію Народной Воли. Но мнѣ очень пріятно было видѣть, что послѣ разговоровъ со мною, его сомнѣнія окончательно разсѣялись. Какъ это обыкновенно бываетъ съ людьми, принявшими какое нибудь твердое и важное рѣшеніе, онъ какъ то просвѣтлѣлъ весь и показалъ себя въ высшей степени сердечнымъ и симпатичнымъ человѣкомъ. У него была жена, простая, славная женщина, которая раздѣляла всѣ его взгляды и стремленія, и двое ребятишекъ. Жилъ онъ вмѣстѣ съ старшимъ братомъ, отъ котораго К--въ ничего не скрывалъ. Вся семья меня приняла, какъ родного, и о моемъ короткомъ пребываніи среди этихъ добрыхъ и благородныхъ людей я до сихъ поръ сохранилъ самое теплое воспоминаніе.
Матерьяльное положеніе К--ва было таково: послѣ смерти отца, крутого нравомъ купца, съ которымъ у сыновей происходила постоянная борьба. К--ву и его старшему брагу достался лѣсной дворъ и еще имущества приблизительно тысячъ по полтораста. К--въ теперь намѣренъ былъ ликвидировать свою часть, всѣ деньги отдать партіи, самъ же онъ долженъ былъ вступить въ ряды активныхъ революціонеровъ. Жена его должна была пока остаться въ Ейскѣ съ старшимъ братомъ. Я категорически воспротивился желанію К--ва отдать все состояніе партіи и настоялъ на томъ, чтобы въ дѣлѣ была оставлена извѣстная сумма, которая вполнѣ обезпечила бы будущность его жены и дѣтей. Братъ его, который присутствовалъ при нашемъ разговорѣ, вполнѣ одобрилъ мою настойчивость и было рѣшено, что въ партію будетъ передана сумма приблизительно въ 35 тысячъ рублей, которую старшій братъ выдастъ втеченіи, кажется, двухъ лѣтъ. Нѣкоторую сумму -- не помню уже въ точности, сколько К--въ передалъ мнѣ сейчасъ. Часть этой суммы я отдалъ Лопатину, когда онъ пріѣхалъ къ намъ въ Ростовъ.
* * *
Въ Ростовѣ я засталъ переполохъ; былъ арестованъ членъ мѣстной группы В--гъ вмѣстѣ съ четырьмя рабочими. Такъ какъ обстоятельства ареста нѣкоторое время не были въ точности извѣстны, то всѣ безпокоились, ожидая дальнѣйшихъ послѣдствій этого непріятнаго событія, Но вскорѣ обнаружилось, что В--гъ арестованъ совершенно случайно. Съ рабочими, съ которыми онъ занимался, онъ видѣлся въ различныхъ мѣстахъ и между прочимъ поѣхалъ разъ съ четырьмя изъ нихъ на лодкѣ за Донъ. Когда они всѣ вмѣстѣ въ сумерки возвращались къ пристани, таможенный агентъ принялъ ихъ за контрабандистовъ и при помощи полицейскаго сталъ обыскивать ихъ. Когда полицейскій, вмѣсто контрабанды, нашелъ у В--га всякую революціонную литературу, онъ въ буквальномъ смыслѣ сталъ вопить "караулъ"! В--гъ, пылкій и смѣлый юноша, разсердился и крикнулъ на него;
-- Ты болванъ, чего орешь? Вези меня въ жандармское управленіе!