Объявивъ войну брату, онъ въ то же время сталъ свататься къ его невѣстѣ, прекрасной Рогнѣдѣ, княжнѣ полоцкой. Княжна гордо отвѣчала, что не хочетъ разуть сына рабы {Тогда былъ на Руси обычай, что въ первый день брака новобрачная разувала мужа своего; Владиміръ же былъ сынъ Ольгиной ключницы, ибо въ то время язычники имѣли много женъ.}. Князь воспылалъ гнѣвомъ; пошелъ войною на Полоцкъ, въ глазахъ Рогнѣды умертвилъ отца и братьевъ ея, и силою взялъ ее за себя.
Началась затѣмъ война съ Ярополкомъ. Черезъ предательство одного изъ близкихъ своихъ, Ярополкъ попалъ въ руки Владиміра, который безжалостно предалъ его смерти и женился на вдовѣ его.
Такимъ образомъ Владиміръ, имѣя только осьмнадцать лѣтъ отъ роду, сдѣлался единодержавнымъ государемъ всей Руси, княжество его было уже и тогда довольно обширно, а онъ въ скоромъ времени значительно увеличилъ его удачными войнами. Владиміръ, явившійся уже жестокимъ и мстительнымъ, сверхъ того вернулся изъ-за Варяжскаго моря ревностнымъ идолопоклонникомъ. Какъ только онъ прибылъ въ Кіевъ, то велѣлъ поставить близъ дворца на холмѣ кумиръ Перуна, деревянный съ серебряною головою и золотыми усами, и много другихъ идоловъ, которымъ стали покланяться и приносить жертвы, даже человѣческія. "И приносили имъ жертвы, называя ихъ богами,-- пишетъ нашъ лѣтописецъ,-- приводили сыновъ и дочерей, приносили жертвы бѣсамъ, и осквернялась кровью жертвъ земля Русская и холмъ тотъ." Эти слова даютъ поводъ предполагать, что до этого въ Кіевѣ не совершалось жертвоприношеній кумирамъ. По повелѣнію князя были поставлены кумиры и въ Новгородѣ.
Другія дѣла князя могли еще болѣе возбуждать общее негодованіе. Хотя многоженство допускалось язычествомъ, но образъ жизни молодого князя оскорблялъ даже и не строгій законъ языческій, и въ особенности нравы и обычаи кіевлянъ, которые болѣе сосѣдей своихъ уважали бракъ и семейныя связи. Владиміръ имѣлъ четырехъ женъ, считавшихся его законными супругами; но нѣсколько сотенъ женъ наполняли его загородные дворцы, ибо онъ не стѣснялся отнимать дочерей у отцевъ и женъ у мужей, когда плѣнялся ихъ красотою.
Кумирослуженіе, покровительствуемое княземъ, стало усиливаться. Владиміръ ходилъ войною на дикихъ ятвяговъ, которые среди своихъ непроходимыхъ дебрей и болотъ, защищались такъ упорно, что князю было трудно покорить ихъ. Однако Владиміръ вернулся побѣдителемъ, страшно опустошивъ землю враговъ. Тогда желая торжественно заявить свою благодарность богамъ, онъ, по совѣщаніи съ старѣйшинами и боярами, рѣшился принести имъ жертву человѣческую.
-- "Бросимъ жребій на отроковъ и дѣвушекъ,-- сказали старцы и бояре;-- и на кого падетъ, того принесемъ, въ жертву богамъ."
Въ то время жилъ въ Кіевѣ варягъ христіанинъ, прибывшій изъ Греціи; у него былъ сынъ, прекрасный и тѣломъ, и душею. На этого юношу христіанина палъ жребій. Посланные отъ народа объявили отцу: "на сына твоего палъ жребій: боги выбрали его себѣ."
Но варягъ отвѣчалъ имъ: "ваши боги не боги, а дерево; нынче есть, а завтра сгніютъ. Одинъ есть Богъ, Которому служатъ и покланяются греки. Онъ сотворилъ небо и землю, звѣзды и луну и солнце и человѣка. А ваши боги что сдѣлали? Сами сдѣланы. Не дамъ сына своего бѣсамъ."
Услышавъ объ отказѣ варяга, толпа народа съ оружіемъ ворвалась во дворъ его. Варягъ стоялъ на сѣняхъ съ сыномъ своимъ.