Около 1820 г. И. И. Глазунов предпринял многотомное издание "Памятника законов". При поднесении министром юстиции первой части этой книги императору, Александр Павлович Всемилостивейше повелел в 31 день августа 1825 года "для поощрения к продолжению сего издания наградить издателя Глазунова золотою медалью на владимирской ленте с надписью: "за полезное"".
Для Карамзина необходима была материальная поддержка правительства, чтобы он мог написать "Историю Государства Российского" -- знаменитейшее литературно-научное предприятие в царствование Александра I. По званию историографа, Карамзин почитал долгом представить двенадцатилетний труд свой лично государю, чтобы "История Государства Российского", посвящённая его имени, явилась в публику с его собственного одобрения и под его высоким покровительством. С этой целью в 1816 году он поехал в Петербург. Вскоре после того государь принял Карамзина, долго беседовал с ним, наградил его чином статского советника, орденом св. Анны i-й степени и приказал выдать ему из кабинета 60 000 рублей на напечатание "Истории".
Через полтора года по переезде Карамзина в Петербург, вышли восемь томов его "Истории Государства Российского". В 25 дней было продано 3 000 экземпляров: дело беспримерное в нашей книжной торговле. "Появление этой книги, -- рассказывает А. Пушкин в своих записках, -- наделало много шуму и произвело сильное впечатление. Все, даже светские женщины, бросились читать историю своего отечества, дотоле им неизвестную. Она была для них новым открытием. Древняя Россия, казалось, была найдена Карамзиным, как Америка Колумбом. Несколько времени ни о чем ином не говорили, хотя многие толки были такого свойства, что могли отучить всякого от охоты к славе". Второе издание продано было книгопродавцу Оленину за 50 000 рублей.
Пушкин сам гордился тем, что он один из первых развил у нас книжную торговлю.
Пушкин своими гениальными произведениями возбудил в русском обществе любовь к чтению. Заполонив литературный рынок своими поэтическими произведениями, Пушкин естественно должен был наткнуться на вопрос о литературном гонораре, о котором в нашем обществе в то время были ещё весьма смутные понятия.
В первой четверти XIX века наша книжная торговля была очень слаба: но всё-таки издательство давало кой-какой доход; только им пользовались почти исключительно издатели, и очень редко -- авторы.
Вместе с тем, если в нашем обществе было мало уважения к литературе, к литературным занятиям, к писателям, то в нём ещё более сильное предубеждение существовало против литературного заработка: получать плату за свои сочинения, особенно за стихи, казалось почти святотатством, оскорблением своего поэтического творчества, неуважением к искусству.
Пушкин, нуждавшийся в деньгах и живший главным образом вообще от дохода со своих сочинений, поставил этот вопрос на практическую почву. Он не только не стыдился своего литературного заработка, не только не скрывал, что печатание его сочинений даёт ему средства к жизни, но даже особенно настойчиво указывал на это, постоянно говоря, что он печатает свои стихи не для славы и похвал, но для денег.
С подобными заявлениями мы часто встречаемся в его письмах. Так, например, в письме к Вяземскому, он говорит: "Я пишу для себя, а печатаю для денег, а ничуть не для улыбки прекрасного пола".
Ту же мысль выразил Пушкин в одном стихотворном наброске: