"Моя госпожа.
Я пред долгим временем честь искал с вами в компанию притти, и потом соизволения просити, дабы я себя мог за вашего преданного слугу почесть, но понеже вы тако набожны, что вас нигде инде кроме церкви видеть не получаю. Однако же я и на сем святом месте чрез частое рассуждение и усмотрение вас яко такого изрядного ангела, толико желания к вашей знаемости получил, что я того долее не могу скрыти, но принужден оное вам с достойным почитанием представить. Вы, моя госпожа, не имеете чрез высокосклонное позволение мне приступа ничего опасаться, дабы то вашей славе вредительно быти могло, понеже я позволение вашия приязни тако буду в осмотрении иметь, что я вашим добродетелям никогда ущербу не приключу... и трудитися буду случая искать дабы я не однем именем, но и в деле самом себя явити мог.
Ваш моей госпожи прилежный слуга N. N".
Другой пример.
Утешительное писание от приятеля к приятелю, который злую жену имеет.
"Мне дрожаиший приятелю.
Поведают о Сократе, премудрейшем греческом учителе, что он от гневу жены своея токмо смехом отходил, и хотя такой дар учтивства и терпения не многим мужьям дан есть, однако ж подает утешение, егда увидишь, что и в иных местах такое ж тяжелое иго бывает. Кто вельми печалится о смертности (?). Егда телеса королей и князей увидит носимых, всякое несчастие легче бывает, егда на общих плечах лежит, кроме того, что иногда нам ложками, иным же ковшом смеряется. Кто терпением вооружается, тот имеет совершенную победу в руках, понеже оная побеждает непобедимое женское жестоковыйство"...
"Приклады" переведены по приказанию Петра. Ими он хотел дать образцы писем и деловых бумаг, общепринятых в Западной Европе. В то время русские вельможи и писали, и говорили всем на "ты", любили употреблять разные уничижительные имена; в "Прикладах" ничего подобного нет, и кроме того, впервые введена вежливая форма на "вы". Для примера приведём образчик письма, по форме своей, по стилю соответствующего допетровской Руси. Письмо писано князем Куракиным князю Василию Голицину.
"Государю моему брату князю Василию Васильевичу братишко твой Ивашко Куракин челом бьет: Государь, прикажи ко мне писать о своем многолетнем здоровье, как тебя, Государя моего, Бог милует. А пожалуешь про нас изволить спросить; и Государи мои батюшко Князь Григорий Семенович, и матушка Княгиня Ульяна Ивановна, и Аз з женишкою, и з детишками, при государской милости царя и Великого Князя Федора Алексеевича, всея великие и малыя России самодержца, -- Июля по 23 день живы, а впреди Бог волен. Сын твой Государь князь Алексей Васильевич в походы за великим Государем ездит. Буди, Государь братец, тебе ведомо: Июля в 20 день женишку мою Бог простил: родила сына, а имя нарекли Бориском; а по сем тебе Государю своему много челом бью".
А вот начало письма жены князя В. Голицына к своему мужу: