И голова самыхъ великихъ владыкъ, ежели мертвая, есть такова же; ибо только плоть есть то, что украшаетъ лицо: отсюда-то страхъ, что нападаетъ на людей въ часъ смертный, по причинѣ костей, которыя однѣ остаются по смерти.
Есть точно такъ же сыны, существо коихъ есть какъ слюна и влага, будутъ ли то сыны властителя, или художника, или глашатая краснорѣчиваго, влага, что не теряется, но переходить изъ рода въ родъ, такъ что не гаснетъ въ народѣ потомство властителя и художника и краснорѣчиваго; и остаются такъ дочери и сыновья, и такъ я поступилъ съ тобой.
Вернись же къ свѣту Солнца и будь на землѣ; ты не умрешь. Вѣрь слову моему, и такъ да будетъ, промолвила голова Гунгуна-Ахпу и Вукуба-Гуяахпу. Все же это было такъ устроено по волѣ я повелѣнію Урагана, Молніи въ изломѣ и Ударной Молніи.
И вернулась домой юная дѣвушка, въ тотъ, многими наполненный предвѣщаніями, домъ. И тотчасъ же зачала она въ чревѣ своемъ одною силою слюны; и таково было зачатіе Гунахпу и Сбалавкэ.
Домой прибыла дѣвушка, и по истеченіи шести мѣсяцевъ съ подозрѣніемъ сталъ смотрѣть на нее отецъ ея, и Кучумаквикъ было имя ея отца, Кровь Соединенная.
И потомъ отецъ ея сталъ смотрѣть на дѣвушку съ наибольшимъ вниманіемъ, ибо замѣтилъ онъ. что носить ребенка она во чревѣ своемъ. И тогда цари Гунъ-Камэ и Вукубъ-Камэ собралась на совѣтъ съ Кучумаквикомъ.
Вотъ моя дочь -- съ тяжестью въ чревѣ своемъ, о, цари, сказалъ Кучумаквикъ, и по-истинѣ въ томъ для меня есть поношеніе.-- Хорошо,-- отвѣтилъ ихъ ротъ,-- ея ротъ изслѣдуй, и если не скажетъ, да будетъ предана она смерти и да принесутъ ее въ жертву далеко отсюда.-- Весьма хорошо, владыки мои,-- отвѣтилъ онъ.
И тогда спросилъ онъ у дочери своей: Отъ кого это ребенокъ, что ты носишь во чревѣ своемъ, дочь моя?-- Но она отвѣчала: У меня нѣтъ ребенка, о, владыка и отецъ мой, нѣтъ мужчины, коего лицо я бы познала.
Онъ прибавилъ: В, такъ ты значитъ во-истину блудница! Унесите ее, Мужи Повелительные, и смертью заставьте ее помереть; принесите ее сердце въ урнѣ и возвратитесь сюда сегодня, да пребудете съ царями,-- сказалъ онъ Совамъ.
Четыре было ихъ, что пошли взять урну, и отправились въ путь, унося на плечахъ своихъ юную дѣвушку, и кремневый унося съ собою ножъ, предназначенный для закланія ея.