-- Сын ваш, наследник древнего рода Корвеннеков, молодой барон Этьен! -- строго и внушительно отвечал верный слуга.
Ничего не возразил старый барон и только мановением руки отпустил своего собеседника. Весь день и всю ночь слышал старый привратник тяжёлые шаги своего господина; весь день и всю ночь пел соловей-Этьен о душах умерших, носящихся в облаках, и голос его раздавался далеко по всей окрестности, и никто не ложился спать в эту ночь, слушая его. На заре позвал барон своего верного слугу и, опираясь на его плечо, пошёл к тому утёсу, где, не шевелясь и глядя на небо, пел его сын свою чудесную песню.
Долго стоял у утёса старый рыцарь и просил сына простить ему его великий грех, -- ненависть к собственному сыну. Но юноша пел, не поворачивая головы и не сводя глаз с неба.
Наконец помог старый служитель своему господину взобраться на самый утёс, и, подойдя к сыну, склонился гордый воин на колени... Умолкла, точно оборвалась песня, юноша повернул светлое лицо своё к отцу, улыбнулся ему лучезарной улыбкой и испустил дух.
Низко склонился к земле старый рыцарь; старый привратник хотел было поддержать его, но увидел, что и он тоже мёртв.
Пока сошёл с утёса слуга, чтобы дать знать о случившемся, пока поднимали тело старого барона, все забыли о юноше, а когда хватились, -- нигде его не нашли, как ни искали. Так и исчез он бесследно...
Но дети, тут же неподалёку собиравшие раковины, уверяли, что в ту минуту, как вставало солнце, поднялась с утёса большая белая птица, и, пролетая над ними к морю, пропела им чудесную песню о звёздах, -- цветах неба; песню, которую они часто слыхали от Этьена.
-- Но мало ли что болтают дети! -- говорят серьёзные люди.
* * *
Три дня и три ночи выл старый пёс на опустевшем дворе замка, но затем нашли его околевшим. К зиме снесли на кладбище и старого привратника. Замок заколотили наглухо, и лет сто стоял он в таком виде, но в его парке с ранней весны и до поздней осени пел соловей, и замок стоял, безмолвный и тихий, словно прислушиваясь... Ничто не нарушало этой тишины, и никогда не завывали вокруг него даже зимние бури. Никакие привидения не бродили по его пустынным залам, и даже малые дети не боялись проходить мимо замка, хотя бы в самую глухую ночь.