-- Что же, дорогой маркизъ?-- проговорилъ Максимъ.
-- Ахъ, другъ мой, жизнь моя разбита.-- Артуръ говорилъ въ продолженіи десяти минутъ и Максимъ внимательно слушалъ его, думая въ то же время о своей свадьбѣ, которая должна была состояться черезъ недѣлю.
-- Дорогой Артуръ, я давалъ тебѣ совѣтъ, какъ удержать Аврелію, но ты не хотѣлъ слушать.
-- Какой?-- спросилъ маркизъ.
-- Я уговаривалъ тебя ѣхать на ужинъ къ Антоніа.
-- Да, правда. Но что же дѣлать? Я вѣдь люблю... Ты же играешь любовью, какъ Гризье оружіемъ.
-- Послушай, Артуръ, дай ей триста тысячъ франковъ, и я обѣщаюсь тебѣ найти кого-нибудь лучше ея. Когда-нибудь мы поговоримъ объ этой прекрасной незнакомкѣ, теперь же я вижу д'Ажюда, который зоветъ меня на два слова.
Максимъ оставилъ неутѣшнаго маркиза и подошелъ къ представителю другой семьи, требующей утѣшенія.
-- Другъ!-- говорилъ другой маркизъ Максиму на ухо,-- герцогиня въ отчаяніи. Калистъ велѣлъ потихоньку уложить свои вещи и взялъ паспортъ. Сабина хочетъ слѣдовать за бѣглецами, настичь Беатрису и исцарапать ее. Сабина беременна, и дѣло можетъ кончиться смертоубійствомъ, такъ какъ она открыто покупала пистолеты.
-- Передай герцогинѣ,-- говорилъ Максимъ,-- что маркиза Рошефильдъ не поѣдетъ, и что черезъ двѣ недѣли все будетъ улажено. Теперь, д'Ажюда, руку, помни, что мы съ тобой ничего не говорили, ничего не знали! Мы станемъ наблюдать случайности жизни!