-- Мы вносимъ,-- сказалъ Матіасъ,-- земли Ланстракъ, дающія двадцать три тысячи франковъ ренты, не считая оброка натурой; фермы Грасоль и Гаде, изъ которыхъ каждая приноситъ три тысячи шестьсотъ франковъ ренты, и землю Бельрозъ, приносящую шестнадцать тысячъ франковъ,-- всего, стало быть, сорокъ шесть тысячъ двѣсти франковъ ренты. Затѣмъ отель въ Бордо, который можетъ дать девятьсотъ франковъ годового дохода,! красивый домъ съ садомъ и дворомъ въ Парижѣ, въ улицѣ Пепиньеръ, приносящій 1.500 франковъ въ годъ. Всѣ относящіеся до поименованныхъ владѣній документы находятся у меня; всѣ они перешли къ Полю де-Манервилю отъ отца и матери, за исключеніемъ дома въ Парижѣ, который пріобрѣтенъ имъ самимъ. Слѣдуетъ присоединить еще обстановку нашихъ двухъ домовъ и замка Ланстракъ, оцѣненныхъ въ четыреста пятьдесятъ тысячъ франковъ. Вотъ, стало быть, столъ, скатерть и первое блюдо. Что вносите вы для второго блюда и для дессерта?

-- Наши права,-- сказалъ Солоне.

-- Опредѣлите ихъ точнѣе, милый коллега,-- возразилъ Матіасъ.-- Что вы собственно даете намъ? Гдѣ инвентарь, составленный послѣ смерти господина Евангелиста? Покажите мнѣ документы по ликвидаціи его дѣлъ и по помѣщенію его капиталовъ. Гдѣ эти капиталы? Гдѣ ваши недвижимыя имущества? Однимъ словомъ, представьте намъ опекунскій отчетъ и скажите, что предназначаетъ мать въ приданое дочери.

-- Любить ли Поль де-Манервиль мадмуазель Евангелиста?

-- Онъ хочетъ жениться на ней, если всѣ условія окажутся подходящими,-- сказалъ старый нотаріусъ.-- Я не ребенокъ, здѣсь рѣчь идетъ о дѣлѣ, а не о чувствахъ.

-- Дѣло не состоится, если нѣтъ чувства,-- сказалъ Солоне,-- и вотъ почему. Г-жа Евангелиста не составляла инвентаря послѣ смерти своего мужа, она -- креолка и испанка и не обязана знать французскихъ законовъ. Впрочемъ, она была такъ подавлена горемъ, что совсѣмъ не думала объ этихъ мизерныхъ формальностяхъ, занимающихъ эгоистическія души. Все бордоское общество знаетъ, какъ была любима своимъ супругомъ г-жа Евангелиста и какъ она оплакивала его. Если у насъ есть нѣчто вродѣ ликвидаціоннаго акта и что-то вродѣ инвентаря, то это только благодаря тому, что г-жа Евангелиста должна была признать за дочерью нѣкоторую сумму въ то время, когда мы потребовали обратно изъ Лондонскаго банка англійскія ренты, собираясь перевести ихъ въ Парижъ, гдѣ проценты на капиталъ значительно выше.

-- Ну, бросьте этотъ вздоръ! Вѣдь есть же способы контроля. Сколько уплатили вы пошлинъ при утвержденіи въ правахъ наслѣдства? Достаточно даже этой цифры, чтобы произвести разсчеты. Скажите откровенно, сколько вы получили и сколько остается у васъ?

-- Если вы женитесь на насъ изъ-за нашихъ денегъ, то лучше всего теперь же распрощаться. Мы имѣемъ по завѣщанію болѣе одного милліона приданаго, но у матери нѣтъ ничего, кромѣ этого отеля, обстановки и четырехъ сотъ пятидесяти тысячъ франковъ, пущенныхъ въ оборотъ по 5% въ 1817 году и дающихъ теперь сорокъ тысячъ франковъ ренты.

-- Какъ, и вы ведете образъ жизни, требующій не менѣе ста тысячъ ливровъ ренты?-- воскликнулъ возмущенный Матіасъ,

-- О, дочь наша стоила громадныхъ денегъ! Впрочемъ, мы дѣйствительно расточительны, да и, наконецъ, іереміады ваши не возвратятъ намъ и двухъ ліардовъ.